Под этим куполом находилась купальня Харун ар-Рашида, где халиф и его гость омыли свои тела. Были отданы приказания одеть Абу-л-Касема в самые богатые одежды, и халиф отвел его в комнату, где предложил место за своим столом: там он вкушал пищу. После того как они угостились кушаньями и винами, халиф отвел Абу-л-Касема в покои Зубейды. Она восседала на золотом троне, и невольницы прислуживали ей. Все они с увлечением слушали пение одной из девушек, намного превосходившей других красотой.
— Пусть мы будем любить лишь однажды, но пусть это будет любовь на всю жизнь.
Она пела, а невольница, некогда подаренная Абу-л-Касемом халифу, играла на лютне. Как только жена халифа увидела своего супруга и Абу-л-Касема, она спустилась с трона, чтобы принять их.
— Госпожа, — сказал ей Харун, — я пришел показать вам того, кто принимал меня в Басре.
Юноша тут же простерся перед ней ниц. Он еще оставался в этом положении, когда одна из рабынь, взглянув на Абу-л-Касема, ахнула и упала в обморок.
Харун и Зубейда повернулись к невольнице, а Абу-л-Касем, посмотрев на нее, тут же лишился чувств. Желая помочь ему, халиф заключил его в свои объятия и вскоре привел в сознание. Как только к юноше вернулась способность объясняться, он произнес:
— О повелитель правоверных! Вы уже слышали о моих приключениях в Каире. Эта невольница — та самая девушка, которую вместе со мной бросили в Нил.
— Возможно ли такое? — сказал Харун. — Хвала небесам за этот счастливый случай!
Дардана, придя к этому времени в себя, бросилась было халифу в ноги, но он опередил ее, спросив, каким чудом она оказалась в живых после того, как погрузилась в нильские воды.
СПАСЕНИЕ ДАРДАНЫ
— Повелитель правоверных, — сказала она, — я попала в сети рыбака, которые он в тот самый момент тащил из воды. Крайне удивленный при виде такого улова, он отвел меня в свой дом и за некоторое время восстановил мои силы.