Он был построен из тесаного камня. Фасад здания был украшен порталом из зеленого мрамора. Войдя во двор, халиф увидел множество людей, свободных и невольников, которые развлекались кто чем мог в ожидании приказаний хозяина. Подозвав одного из них, халиф сказал:
— Ступай, братец, к своему господину и дай ему знать, что прибыл один чужестранец и желает переговорить с ним.
Решив по одежде халифа, что перед ним знатная особа, невольник побежал к своему хозяину. Тот немедленно явился во двор, чтобы пригласить гостя в дом, взял его за руку и ввел в просторный зал.
— Да будет вам известно, о господин, что я приехал в этот город, чтобы убедиться, достойны ли вы тех похвал, которые вам столь щедро расточает молва.
Абу-л-Касем сдержанно ответил на его комплимент и, усадив на софу, спросил, из какой страны он приехал, чем занимается и где остановился. Халиф пояснил:
— Я купец из Багдада и остановился на постоялом дворе.
После короткой беседы в зал вошли двенадцать белых прислужников, которые несли сосуды из агата и горного хрусталя, украшенные драгоценными камнями и наполненные самыми изысканными напитками.
Когда обед закончился, молодой человек взял халифа за руку и проводил его в третью комнату, украшенную гораздо богаче двух предыдущих. Едва они успели сесть, как были поданы в изобилии украшенные алмазами кувшины, наполненные всевозможными винами, и сушеные сласти на китайских подносах. Пока халиф и хозяин угощались, вошли певцы и музыканты. Начался концерт, приведший Харун ар-Рашида в восторг, и он признался себе: «Там, в моем собственном дворце, у меня, конечно, есть певцы с очень редкими голосами, но, увы, их не сравнить с этими.
Внимание халифа особенно привлек один певец мелодичностью голоса. Внезапно Абу-л-Касем оставил гостя и сразу же возвратился с жезлом в одной руке и с изящным деревом в другой.