Кулуз тоже чувствовал себя неловко, и потому обратился к ней с такими словами:
— Госпожа моя, как бы благосклонна ни была ко мне судьба в эту ночь, мое наслаждение будет несовершенно… Я мысленно составил себе представление о вас как о средоточии красоты и проникся таким желанием увидеть вас, что уже не могу судить, какая мука показалась бы мне худшей: обладать вами, не имея возможности увидеть, или же видеть вас, не имея надежды когда-либо обладать!
И он замолчал, ожидая ответа. Каково же было его удивление, когда прекрасная незнакомка воскликнула:
— О ты, которого Табер избрал орудием, чтобы восстановить наш брак! Звук твоего голоса кажется мне знакомым.
И Кулуз вздрогнул, услышав это.
— А ты из какой семьи, ответь мне! — потребовал он. — Ты напомнила мне одну знатную даму из страны кереитов. Боже милостивый! Когда-то я знал ее… Но нет, не может быть, — возразил он себе, — это не она! Ведь ты же не можешь оказаться дочерью Бойрука?
— О Кулуз! — воскликнула женщина. — Тебя ли я слышу?
— Меня, повелительница, — подтвердил он, еще не веря в то, что перед ним Делара.
"— Не сомневайтесь, господин мой, — сказала ему незнакомка, — перед вами — та несчастная, что принимала в своем доме царя Мир Джехана и вынудила его своей неосторожностью отвернуться от вас. Я — Делара, виновница вашего изгнания и опалы, и вы должны видеть во мне злейшего врага после всего, что произошло между нами!
— Довольно, моя госпожа, — отвечал ей Кулуз, — не обвиняйте себя. Небеса управляют нашей судьбой, и, значит, такова была воля рока.
И красавица поведала ему следующее:
— В то время как мой отец был послом в Самарканде, он жил некоторое время у Музаффара. Они сошлись друг с другом и договорились о браке, чтоб породниться. Они считали, что мы с Табером составим хорошую партию.