– Но если честно, Пронько еще та… – Она замолчала, не желая называть человека сволочью и тем самым подавать сыну дурной пример.
Зато Олег мог называть вещи своими именами, хотя бы в пределах допустимого:
– Сволочь!
– Но еще не совсем законченная.
– Он как-то с Косенковым связан?"
"Олег слышал о Косенкове не только от Капитонова, но и от людей на улице. Этот тип действительно был самым крутым и авторитетным бизнесменом в городе. Муниципальный бюджет по части строительства и коммерческих закупок осваивать мог только он и близкие ему люди.
Именно поэтому Косенков стремился прибрать к рукам Капитонова с его зерновым терминалом, и, судя по всему, небезуспешно. Такая мелочь, как контрафактные сигареты, его ничуть не волновала, но в случае чего он мог натравить на Олега местного вора, который находился у него на прикорме.
– Пронько? – уточнила мама.
Ей совсем не обязательно было отвечать на его вопрос. Олег и без того догадывался, какими узами связаны Пронько и Косенков.
– Он же не с бухты-барахты Капитонова повязал, – сказал парень.
– Ну да, его Косенков попросил. А Пронько – Капитонова, чтобы он смирился и продолжал работу на его условиях.
– Значит, у Капитонова на Пронько зуб? – тихо спросил Олег самого себя.
– И на Косенкова, – добавила мама.
– А Юра смирился?
– Не знаю. Не совсем.
– Ножи не точит?
– Нет. А что?
– Да не нравятся мне все эти сплетни вокруг нас. Может, Капитонов сам их и разносит?
– Я не знаю, что он там разносит, но его здесь нет. – Мама уныло глянула в сторону входной двери.
– Вот и хорошо.
– В чем-то хорошо, в чем-то не очень.
– Я твой мужчина, – заявил Олег.
– Ну да, конечно! – Мама невесело, но мило улыбнулась, повернулась к нему спиной и двинулась на кухню. – Через полчаса ужин, – на ходу сказала она.
Олег озадаченно поскреб затылок. Нехорошо, конечно, вышло с Пронько, но Капитонов и без этого мог обвинить маму в измене. Если бы хотел. Но, похоже, он добивался чего-то другого, поднимая эту тему.
Палыч вышел из дела.