– Что нибудь еще? – Даффин пересел в кресло, стоявшее напротив Реджины, и подался вперед, упершись локтями в колени.
Мисс Хевершем потерла лицо руками и застонала.
– Помню, что, когда сидела в комнате, снаружи доносился громкий лязг. Снова и снова. Словно кто то бил по металлу. Как в кузнице.
– В районе Семи циферблатов на углу Эрлхам и Мерсер есть кузница, – подсказал Кейд Кавендиш. – Кучер не упоминал о ней?
– Упоминал, – ответил Даффин, и его ноздри задрожали.
Реджина кивнула:
– Если мы найдем улицу, на которой меня подобрали, возможно, я смогу показать окно, из которого вылезла.
Даффин сжал ее руку.
– Решено. Отправимся туда утром, едва рассветет.
Глава 39
Позже в тот же день Даффин зашел в кабинет Гримальди.
– Что ты узнал?
Марк кивком указал ему на кресло.
– Делом Куинтона Ноулза занимаются лучшие мои люди, и тебе не понравится то, что я узнал. Судя по всему, он сбежал из тюрьмы много лет назад.
Даффин шумно выдохнул.
– Но как? Я был на кладбище в тот день, когда дешевый гроб с его телом опустили в землю.
– Нам обоим известно, что в Ньюгейтской тюрьме немало нечистых на руку охранников, только и ждущих случая подзаработать.
– Я боялся, что ты это скажешь. – Даффин потер шею.
– Ты ведь не видел тело, верно?
– Нет. К тому же я был юн и слишком наивен. Мне даже в голову не пришло удостовериться в его смерти. Господи, какой же я глупец! Все эти годы я думал, что он мертв.
– Ты не глупец, Оуклиф. Ты просто верил в систему, которая… не раз тебя подводила.
Даффин потер глаза.
– Ты выяснил, кто я такой, верно?
Гримальди еле заметно улыбнулся:
– Тебе нечего стыдиться.
– Внуку герцога легко говорить, – грустно рассмеялся Оуклиф.
– Но ведь ты тоже внук герцога, разве нет? Незаконнорожденный сын герцога Портленда.
– Да. – Даффин стиснул зубы. – Я бастард.
– Это ничего не меняет, Оуклиф. Ты по прежнему лучший из сыщиков в команде Филдинга. А еще ты чертовски хороший человек и чертовски хороший друг.
Даффин опустил голову. Ему было унизительно слушать эти слова друга.
– Мне нужно имя охранника, взявшего грязные деньги Ноулза за то, чтобы тот оказался на свободе.