Россия — Советский Союз, 1946–1991 гг.

Основной целью этого клуба официально провозглашалась «разработка программ эффективного разрешения общественных конфликтов и проведение научных экспертиз по вопросам экономического и политического развития страны».  В марте 1987 г. в Москве по предложению членов этого клуба состоялась первая научная дискуссия, посвященная обсуждению проекта закона «О государственном предприятии». А затем в рамках этого клуба состоялись новые дискуссии, на которых выступали многие известные экономисты, в том числе Г.Х. Попов («С точки зрения экономиста»), Н.

Я. Петраков («Управление экономикой и демократизация»), В.И. Данилов-Данильян («Экономические проблемы перестройки») и другие.

Мало кто знает, откуда «растут уши» у этого клуба. Еще в 1973 г., сразу после начала «политики разрядки» во время ответного визита Л.И. Брежнева в Вашингтон по предложению тогдашнего президента США Р. Никсона лидеры двух сверхдержав подписали соглашение о создании в австрийском Лаксенбурге Международного института прикладного системного анализа (МИПСА), а затем, в 1976 г.

, в Москве был создан его советский филиал — Всесоюзный НИИ системного анализа ГКНТ и АН СССР (ВНИИСИ).

Что любопытно:

1) вице-президентом первого и бессменным директором второго институтов был член Римского клуба и давний приятель президента МИПСА лорда С. Цукермана (автора британской бомбовой стратегии в годы Второй мировой войны), косыгинский зять и примаковский шурин, академик Джермен Михайлович Гвишиани, который еще в 1969 г.

защитил очень показательную докторскую диссертацию «Американская теория организационного управления»;

2) под чутким руководством Д.М. Гвишиани в 1983―1984 гг. его «птенцы» Е.Т. Гайдар, П.О. Авен, О.Н. Ананьич и другие мальчиши-плохиши в «розовых штанишках» корпели над андроповской экономической реформой и частенько ездили в Ленинград, где обсуждали все свои новации на закрытых семинарах в «Змеиной Горке», где от питерских главным «смотрящим» был А.Б. Чубайс. По свидетельству самого Е.

Т. Гайдара, «наш семинар разделялся на две части, на закрытую и открытую. На открытой присутствовали человек тридцать, обсуждение было интересно, информативно. Но мы прекрасно понимали, что один или два агента спецслужб на семинаре присутствуют. Поэтому на открытой части тезисы облекались в политически корректные формы. Они были крайне откровенными по масштабам того, что можно было обсуждать на научном семинаре в СССР, но в рамках того, за что не сажали.