Он теперь был только учеником, все двадцать четыре часа в сутки – это стало его единственной сутью, не оставляя даже мгновения для уединения с самим собой; делая упражнения, Костромин отключал сознание, концентрируясь только на них, стоя под водопадом или задерживая дыхание под водой, бегая по тропам или поднимаясь на скалу, он открывал свое сознание и повторял определенные мантры. Во сне та информация, что он получал от Тона, стала гораздо более концентрированной и усиленной, а при вечерних разговорах у костра Юрий слушал объяснения просветленного.
Костромину казалось, что Тон торопится многое объяснить ему, подгоняя и направляя, и он принимал его уроки, стараясь максимально сконцентрироваться на каждом своем действии, на каждом услышанном от Тона слове.
А через две недели этой новой невероятно уплотненной получением знаний и навыков жизни, посреди ночи красочный познавательный сон Костромина был прерван сильнейшим чувством волнения за Варвару. Юрий выскочил из своего сна с непроизвольным криком: «Варя!!» – и резко сел в постели.
– С ней все в порядке, – донесся до него негромкий голос Тона.
– Я чувствую, что с ней что-то происходит! – нервничал Костромин, увидев учителя, сидевшего в позе лотоса на своей подстилке.
– Убери эмоции, успокой сознание и посмотри истинным взглядом, – напомнил ему один из новых навыков Тон.
Юрий сел ровно, переплел ноги в лотос, уравновесил дыхание, успокаивая сознание, а Тон немного помог ему:
– Ты же видишь, что у всех твоих родных отсутствуют неприятности, сложности и болезни, – вел его силой своего необыкновенного голоса просветленный.
– Да, – согласился Юрий, выполнявший последовательные мысленные «шаги», которым обучил его учитель. – У Вари я тоже не вижу и не чувствую беды, болезни и несчастья, но с ней определенно что-то происходит, я не могу понять, что.
– Это нормально, – ответил Тон и повелел: – Выходи из сканирования. – Юрий открыл глаза, а отшельник продолжил объяснять: – Про родных по крови людей очень трудно получить информацию. Ее специально закрывают, потому что человек не должен влиять на обстоятельства их жизни, поскольку жизнь каждого человека – это только его мера ответственности и судьбы.