– Все, конец съему! Если хочешь, я останусь на ночь. Забью под тебя уик-энд и перетащим барахло. Иди ко мне. Ну, иди.
– Дай прийти в себя.
Какое-то время они целовались. Разговаривали о том, что лето прошло без жары, но и без ливней. Концовка LOST была мучительной, а новый диск «Металлики» разочаровал. Сташек жалел, что в мире появилась «Металлика». Заблокировала дорогу многим коллективам получше. Дорис лежала на животе.
– Ты купил за наличные? Каким чудом я ни о чем не знала?
– Технически квартира принадлежит мне.
– В себестоимость включаешь?"
"– Дорис, эй, она действительно твоя. Если бы я на тебя ее сразу переписал, то заплатил бы налог. А у меня голяк с бабками, я же квартиру купил. Подождем пять лет. Что это для нас? Холера ясна, надо было сразу это оформить с Пирошеком.
Дорис отхлебнула вина.
– Я прошу прощения. Это меня ошеломило. Может, это покажется странным, но я бы хотела платить аренду, как раньше.
Сташек стиснул внутри себя два черных кулака.
– Все можно выразить двояко. Или я пробую тебя купить, удержать с собой. Или верю, что у нас получится.
– Хорошо, – ответила она. – Просто этого как-то слишком много. Тебе придется поискать себе новую секретаршу.
Дошло до него не сразу. Ну ладно, сказал он, пусть будет так. Попробовал обнять Дорис, но она увернулась от его рук. Он сел на диване. От стен и пола било электризующее тепло. Квартира грела Сташека и добавляла ему сил.
15– Кредитный комитет решил ваш вопрос отрицательно.
Наступила тишина, грустная, как избитый в подворотне. Адвокат Пирошек ворчал, что договаривались не так, Сташек желал знать, что же на самом деле случилось. Стены комнаты росли вверх и сближались друг с другом.
Адвокат Пирошек просил письменное обоснование и разговор с лицом, принимающим решение. Урсулу Сову, ее крестик, ее стол обволокла молочная метель. Урсула сказала, что они не одни.
– Вы видели тех, в коридоре? Пан Станислав, вы мне в самом деле нравитесь.
Сташек увидел недостроенные дома Магдаленки, ждущие крыш так, как он ждал очередной транш кредита. У него потемнело в глазах, он попросил воды.