На входе поставили рамку металлодетектора, рядом дежурили два милиционера, отсеивающие ненужных посетителей. Судя по пустым коридорам, нужных было немного. Следователь Петровский, со своей прокурорской ксивой, относился к их числу.
Он специально подгадал к обеду и сразу прошел в столовую. Благолепие, покой, чистота… Конечно, прежнего ценового рая здесь уже не было, но то, что качество блюд было в два раза лучше, чем везде, а цены в два раза ниже, – это медицинский факт!
«Кто спрашивал салат из авокадо?» – громко спрашивала добродушная тетушка на раздаче.
Он поймал его уже на выходе из столовой, когда тот закуривал сигарету. Рогов долго изучал удостоверение, несколько раз сверяя лицо Дениса с фотографией. С таким видом уставший ботаник рассматривает надоевших насекомых.
– Кто вас прислал? – наконец спросил он.
– Никто. Я следователь, самостоятельная процессуальная фигура…
При слове «процессуальная» Дэ Дэ поморщился.
– Я сам определяю, что надо делать для следствия.
– И что надо? – высокомерно спросил Рогов.
– Побеседовать, – сказал Денис.
– Сегодня я занят. А по поводу?..
– Я занимаюсь делом Синицына Геннадия Ивановича…
– Кто такой?
Слова вылетали у Рогова, будто короткий отрывистый лай. А в глазах отражалась напряженная работа мысли. Вообще он мало походил на знатока дипломатических тонкостей.
– Синицын работал грузчиком на заводе «Прибор», – напомнил Денис. – Убит двадцать восьмого ноября.
– И что? Почему я должен о нем беседовать с вами?
– Вы были знакомы с Синицыным? – спросил прямо Денис.
– Да, – секунду помедлив, пролаял Рогов. – И что?
– Завтра в шесть вечера вас устроит?
Рогов швырнул сигарету, не выкурив и половину. Затоптал окурок. Штиблеты у него были первоклассные и сияли как зеркало. Впрочем, в отличие от остального города, здесь все сияло чистотой и порядком. Приветливая женщина в синем халате мгновенно смела окурок в совок.
– Завтра будет видно, – сказал он.
– Явка обязательна, – настойчиво сказал Денис.