Только вряд ли я буду заливаться соловьем, как этот рыжий, – Денис неприязненно кивнул на двери магазина. – Нет такой привычки. Да и, по большому счету, я никакой не покупатель.
– А почему они называли вас начальником? Даже официально-старомодно: «товарищ начальник»?
– Потому что я следователь прокуратуры. Очевидно, у них сохранился такой стереотип обращения…
Вера улыбнулась.
– «Стереотип обращения»… Могу утверждать, что вы были отличником!
– В общем, да. А у вас есть склонности к следственной работе.
– Да, я хотела поступать на юридический. Так что насчет кофе?
– Я бы с удовольствием, – Денис глянул на «VACHERON CONSTANTIN». Семнадцать тридцать.
– Но, к сожалению, ровно через полчаса у меня встреча.
– Жаль. Кстати, откуда у следователя такие дорогие часы? – Вера кивнула на его руку.
– Это не мои.
– Значит, они проходят по какому-то делу.
– Откуда такая уверенность?
– Давайте, я вам позвоню на неделе, – сказала Вера.
– Его ведь убили из-за них, из-за часов, да?
Денис чуть не поперхнулся дымом.
– Кого?
– Этого человека. Бизнесмена. Иностранца. Владельца «Вашерон Константина». Хотя…
Она задумалась.
– Нет, иностранец – это навряд ли. Вы предполагали, что часы куплены в Тиходонске, – значит, это кто-то из местных. Можно, я за вас возьмусь, здесь так скользко…
Они шли под ручку, как влюбленная парочка.
– Я хочу написать об этом. Я готовлю большой материал, «Категория времени», – о часовом бизнесе вообще и покупателях часов в частности. Сладкая жвачка для богатой, как теперь говорят, гламурной публики. Красивые вещи, знаменитости, актеры… Если добавить интервью с вами и криминальную историю с часами, выйдет совсем, совсем другое дело… Это уберет приторность и добавит необходимую резкость.
Она протянула ему узкий прямоугольник глянцевого картона с синим логотипом «Гламура». Квадратные ногти с белой каемкой выглядели на удивление симпатично. Наверное, у нее маникюр сделан не так, как у других женщин, – нерях и лентяек.
– Но я в любом случае перезвоню. Я не упустила вас в магазине, не упущу и потом. Вот увидите.