Иногда выходит, курит, сидит в столовой, беседует с офицерами…
– Что вы можете сказать о высшем руководстве рейха?
– В эту часть бункера нас практически не пускают. Фюрер, доктор Геббельс, рейхсляйтер Борман, шеф гестапо Мюллер – все эти люди еще вчера находились в бункере и занимались своей работой… Есть сведения, что рейхсфюрер СС Гиммлер уличен в попытках вести сепаратные переговоры с западными союзниками, готовится приказ о его зачислении в «предатели фюрера». Где он сейчас находится, никому не известно…
– Гиммлер действительно вел такие переговоры?
– Да, и это уже не секрет.
– Шелленберг? Геринг?
– Этих там точно нет… Существуют неподтвержденные данные, что Вальтер Шелленберг способствовал Гиммлеру в его ведении тайных переговоров. Вполне возможно, сейчас они прячутся вместе. С Герингом фюрер также категорически порвал. Он обвинил рейхсминистра, что тот не смог организовать противовоздушную оборону.
Все это в данный момент не имело значения. Нацистские преступники яростно грызлись, перекладывали друг на друга ответственность, уничтожали сами себя. Это агония, которая оборвется через несколько дней.
К полудню 25 апреля произошло знаменательное событие. Войска 6-го механизированного корпуса 1-го Украинского фронта форсировали реку Хафель и соединились с частями 328-й дивизии 47-й армии Перхоровича. Таким образом кольцо вокруг Берлина замкнулось.
А через полтора часа произошло еще одно событие: на Эльбе к западу от Берлина гвардейский стрелковый корпус генерала Бакланова встретился с войсками 1-й американской армии. Событие произошло близ немецкого городка Торгау и имело не только политическое значение: в результате соединения остатки вооруженных сил Германии оказались расколоты на две части: северную и южную, что только ускорило агонию.
События вокруг Берлина принимали драматический характер.