Замшелый кайзер минувших эпох, прусский военачальник, мелкий царек одного из древнегерманских государств… «Всадник без головы» еще держался в седле, но круп кобылы отсутствовал вместе с частью постамента, и задняя лошадиная нога зависла в воздухе.
В районе памятника шевелились тени, плакал ребенок. Группа двинулась в обход площади и через несколько минут вышла к Кенигштрассе, застроенной добротными пятиэтажными домами. Красная армия сюда еще не добралась. Немецкие войска (по крайней мере, в организованном виде) тоже отсутствовали.
В развалинах что-то рухнуло, покатились кирпичи. Женщина испуганно вскрикнула. Несколько человек полезли выяснять, что случилось.
Мирных жителей становилось все больше, особенно в районе уцелевших зданий. Они собирались в группы, сидели кучками вдоль фундаментов, укрываясь какими-то тряпками и одеялами, большей частью молчали.
В фасаде жилого дома зиял огромный пролом, напоминающий арку. Провисли перекрытия между этажами. Выделялись потерявшие опоры лестничные пролеты. Внутри, на груде мусора, тоже кто-то ковырялся, судя по репликам, люди пытались пробиться в свою квартиру, где осталась пожилая женщина.
Обломки строительных конструкций завалили проезжую часть. Взрывом вывернуло рельсы. Посреди дороги лежал перевернутый трамвай – осколками искорежило весь его бок.
– Вот улица и стала пешеходной… – неловко пошутил Корзун.
Немощный старик с палочкой провожал контрразведчиков долгим взглядом – смотрел исподлобья, слезились глаза, обведенные сетью морщин.
– Пилотки снимите, – бросил Ракитин. – Мы, конечно, победители, но не до такой же степени, чтобы шокировать добропорядочное население.
Но люди продолжали на них смотреть – поворачивали головы, хмуро провожали незнакомцев глазами.
У входа в бомбоубежище толпились женщины. Второй этаж здания прошил снаряд, падающие конструкции пробили перекрытия, часть бомбоубежища завалило.
Горожане разбирали завалы. Взволнованно бубнила женщина, она слышала крики из подземелья: там остались живые! Среди гражданских работали несколько человек в форме – солдаты или полицейские. Хрипло смеялась сумасшедшая – она бросалась к людям с растрепанными волосами, ее не пускал мужчина, оттаскивал назад.
На перекрестке сломался грузовой «Опель Блиц» с красным крестом на борту. Машина починке не подлежала. Из распахнутого капота струился дым.