Вот и сейчас, несмотря на все бродящие в голове мысли о неправильности происходящего и того, как я на это реагирую, мне хотелось только прижаться к Сорину теснее, позволить увести себя в укромный угол и вообще все ему позволить. Потому что я хочу этого, кажется, не меньше Сорина, а может и больше.
Невольно на ум пришли легкие, почти целомудренные поцелуи короля, его заверения в том, что он не будет на меня давить. Подаренные украшения, уставленная цветами комната. Просьба дать ему шанс.
“Будет у тебя ребенок, но тебе придется выйти замуж за хорошего мужчину, чтобы его сохранить”.
Игрид, чтоб тебе муха в рот залетела! Во что ты меня втравила?! Попадись ты мне, я бы тебе выдернула все седые космы до последней, не сомневайся!
— Ты еще хочешь жениться на мне? — прошептала я.
— Хватит дурить мне голову, — рыкнул Сорин, снова затыкая мне рот поцелуем, его объятия в этот момент стали по-настоящему болезненными. Тонкая ткань платья затрещала, когда он потянул в стороны широкий вырез, обнажающий шею и плечи.
— Сорин, хватит. Нам надо поговорить. Надо решить все нормально.
Конечно, кто и когда меня слушал в этом мире! Я не сразу поняла, куда Сорин меня толкает. Оказалось — к двери рядом с нами. Я вцепилась пальцами в косяк.
— Сорин…
— Даже могила не заставит тебя обращаться ко мне как полагается! Даже могила не заставит тебя меня слушаться!
Услышав непонятный звук в конце коридора, я замерла. Попыталась заглянуть за плечо Сорина, но он воспользовался этим, чтобы втолкнуть меня в комнату. На секунду я задумалась: мне повезло или не повезло, что комната оказалась открытой и пустой?.
Краем глаза я успела увидеть две односпальные кровати без постельного белья, незашторенное окно, полосатые темные обои. Комната слуг, я была права. Эти мысли пронеслись в голове за секунду в тот момент, когда Сорин подхватил меня на руки и уложил на кровать.
Подол платья оглушительно треснул в тишине — должно быть, он наступил на ткань. Тяжелое ожерелье острым краем впилось в шею, я зашипела и упустила момент, когда Сорин прижал меня к кровати и потянулся к застежке платья.
Его прикосновения обжигали, как будто меня касался настоящий огонь, но не причиняли боли. Сорин прижимал меня к кровати, целовал в губы, и мне стоило бы сказать, что я изо всех сил сопротивляюсь и пытаюсь не допустить того, что вот-вот случится.
— Сорин…
Он поцеловал быстро бьющуюся вену на моей шее.