Звездокрыл встал из-за стола и прошёлся вдоль стенных ячеек, ощупывая вырезанные в камне обозначения.
– Если вдруг приснится кто-то незнакомый, сразу дай мне знать, ладно? Особенно, если небесная! – в голове у него вспыхнул образ жуткой и уродливой огненно-алой драконихи, окутанной дымом.
– Небесная? – живо переспросила Луна. – Почему небесная?
Ночной дракончик вздохнул.
– Один такой магический камень есть у Пурпур, бывшей королевы, а она ненавидит нас и чего доброго затеет пугать наших учеников.
– А откуда у неё приснилл? – спросила Луна.
– Точно не известно. – Звездокрыл задумчиво почесал рога. – Скорее всего, нашла среди коллекции диковин в башне у песчаных, когда сидела в заточении. Принцесса Огонь могла и не знать обо всём, что там хранилось. Согласно моей гипотезе, камень был спрятан внутри чучела ночного дракона, которое Пурпур тогда выпотрошила.
– Вот оно что, – поморщилась Луна.
К её удивлению, Звездокрыл кивнул.
– Об одном известно точно – он здесь, у нас в академии. Кажется, сейчас у Солнышка. Она получила его от воришки, который ограбил сокровищницу песчаных. А другой почти наверняка погиб во время извержения вулкана на острове ночных. Нашёл камень я, там же, в крепости, но кто-то у меня его украл незадолго до взрыва."
"– Так и неизвестно, кто?
Ночной дракончик покачал головой, перебирая виноватые мысли.
– Вот, – оживился он, доставая из ячейки свиток, – это «Рассказы о дракомантах». Здесь про семь видов магических предметов, в том числе и о присниллах раздел.
Не королева ли Пурпур разговаривала прошлой ночью с кем-то из спящих? А что, если… Новая мысль пугала ещё сильнее.
– А нельзя с помощью приснилла говорить с другими наяву? То есть мысленно, не вслух?
Звездокрыл выглядел глубоко озадаченным.
– А какой смысл? – удивился он.
– Да нет, просто слышала одну историю… – Она неопределённо помахала крылом.
«Могу тебя заверить, крошка Луна: я не небесный», – усмехнулся голос в голове.
«А кто ты?» – сердито подумала она в ответ.
Голос, конечно же, промолчал. Поблагодарив библиотекаря, Луна уселась со свитком у самого большого окна, прислонившись спиной к гобелену на каменной стене.