После чего, если он выживет, то ему придется одновременно с тем, как он поглощает энергию пыльцы пяти векового растения, каким-то образом, буквально, “сожрать” энергию из трех яиц Стальной Птицы. При этом надеяться, что их мамочка не вернется раньше срока и не отправит к праотцам убийцу её потомства.
— Предки мои, — Хадар никогда не молился богам. Еще реже — своим предкам. Но если данная ситуация не стоило пары слова предкам, то какая, ко всем демонам, стоила?! — Предки моего отца и моей матери. Предки, сидящие за столом в доме праотцов.
* * *— Я здесь. Я иду… — прошептал молитву Хаджар. — Первый Удар: Летящий Клинок!
Птица Кецаль за его спиной вспыхнула в вихре энергии, а затем втянулась внутрь Черного Клинка. Тот тут же засиял узором, сорвавшейся с небольшого дерева, устремившейся в полет птицы.
Хаджар сделал плавное, будто летящее движение мечом. А следом за ним, грациозным и невероятно легким, сорвался настоящий тайфун.
Даже в этом волшебном мраке, он выглядел расплывающимся пятном мазута. А затем в нем вспыхнули силуэты драконов-ударов-меча. Каждый из них нес в себе всю полноту удара, который Хаджар смог бы нанести в ближнем бою.
И таких были десятки. Их эхо заставило отступить тех Повелителей, что уцелели меньше секунды назад.
Волна черных драконов, чья тела были созданы из мистерий меча, встретилась с ослабевшей стальной ладонью Безымянного убийцы.
Прогремел мощный взрыв. Вихрь энергий, невидимый в наколдованной тьме, закружил и разорвал каменный свод, пол и стены.
Хаджар отлетел на щиты корпуса стражей. Он, сплевывая кровью, сполз по ним и, шатаясь, поднялся на ноги. Если бы не доспехи Зова, то…
Безымянный, с техникой которого, столкнулся Хаджар, даже с места не сдвинулся.
— Достойно, — донеслось из тьмы. Из-за разорвавшейся дистанции, Хаджар больше не мог видеть его зеленого, воссозданного нейросетью, силуэта. — Но глупо.
Последние слова убийцы заглушил полный ярости, гнева и желания крови, тигриный рев.
Белое пламенное торнадо взвилось рядом с Хаджаром. Мягко и легко белая, с полосками синего и черного, тигрица опустилась на разломанные камни.
Сейчас, спустя два года, которые тигрица так же провела на Горе Ненастий, Хаджар, стоя в полный рост, едва-едва дотягивал своей головой ей до холки.