— Только подумай, Хаджар! С такой техникой ты сможешь, в будущем, достичь тех же высот, что твой учитель О…
Рот Доре прикрыл даже не Хаджар, а Эйнен.
— Хаджар предупреждал не называть его имя всуе, — спокойно объяснил свои действия островитянин.
Несмотря на весь свой ум и скользкость, у Эйнена, порой, было тяжело с юмором.
— Может и так, — не стал отрицать Хаджар.
Все же, техника Меча Белой Молнии, созданной тем же гением-мечником, что и Шаг Белой Молнии, тоже находилась на Божественном уровне.
Хаджар собственными глазами видел ту мощь, которую мог извлечь из своей техники Орун, да развалятся все его прижизненные памятники.
Эта мощь не просто поражала и ужасала, она каждый раз заставляла Хаджара задуматься о сути меча и дарила ему вдохновения и озарения.
Даже не от изучения этой техники, а от простого лицезрения, он получал так много знаний.
Если бы в его руках оказалась подобная техника, то момент, когда бы он смог достичь Королевства Меча, стал бы лишь вопросом ближайшего времени.
— Никто не хочет попробовать перебить озвученную цену?
Разумеется, никто не попытался перебить цену аукциона. Один только Мастер-Дракон сидел с таким видом, будто не происходит ничего важного.
Видимо, техники такого уровня в Стране Драконов, в отличии от артефактов, не особо котировались. А может просто он не хотел выдавать в себе действительно “богатого” человека.
В конце концов, платок, который он оставил после себя, стоил, как минимум, половину миллиона.
— Что же, очень жаль, лот снят, — аукционист вернул покров обратно, а саму подушку вместе со свитком уносили не только работники — Рыцари Духа, но и десяток бойцов корпуса Стражей с безымянным во главе.
Пока все внимательно следили за тем, как Божественная техника покидает аукцион, Морган повернулся к Хаджару. Они встретились взглядами.
Хаджар понятия не имел, что Его Императорское Величество видело в его глазах, но сам Хадажр лицезрел легкую нотку недовольства и буквально океан любопытства.
Император ни секунды не сомневался в том, что Ядро, в итоге, уйдет именно ему.
К тому же, учитывая с какой пристальностью следили за Хаджаром, он никак не мог доставить Ядро на аукцион.
И, тем не менее, все, кому надо, знали о том, что имено сейчас вынесут редчайших из всех лотов.
Внезапно Император перевел взгляд на Эйнена, затем снова на Хаджара, незаметно пожал плечами и вновь развернулся спиной.