— Ты достойно выдержала удар моей булавы Всех Истин. Но твоя сила пока еще недостаточна. Я могу выдать тебе лишь эмблему Божественного Воителя седьмого ранга. Согласна ли ты с моей оценкой?
— Согласна, великий Гамабатта.
— Да будет так, — кивнул слон.
Он сделал несколько пассов громоздкими пальцами и в воздухе вспыхнул символ. Мгновенно уменьшившись до размеров нагрудной эмблемы, он опустился к адепту и затем влился внутрь её тела. Или того, что заменяло ей тело — Бессмертные не обладали физической оболочкой в том плане, в котором это смогли бы осознать смертные.
Плоть им заменяла чистая энергия, ставшая плотью. В чем разница? Хаджар пока и сам не особо понимал — он то явился сюда во плоти. С кровью, костями, мышцами и всем причитающимся барахлом.
— Проходи, мастер Эртали и да будет свет Вечности милостив к тебе, — слон сделал шаг в сторону и вытянул свободную руку в приглашающем жесте.
— И к тебе, великий Гамабатта, — поклонилась Бессмертная.
Облака перед ней расступились и ворота легко, словно и не весили столько же, сколько целый город, отворились.
— Ну что, — комочек страха толкнул Хаджара в бок. — Твой выход, генерал?
Хаджар выдохнул, посмотрел на стража и, привычным жестом проверив крепко ли сидят ножны на поясе, вышел из-за укрытия.
Глава 1820
Он ступал по стеклянной поверхности земли и, чем ближе подходил к Стражу, тем отчетливее ощущал какие-то изменения в окружающем мире.
Когда они шли с Хельмером по тропе сквозь аномалию, то мир вокруг немногим отличался от привычной обстановки смертных регионов.
А здесь…
Хаджар наклонился и провел ладонью по фиолетовым облакам. Влажные, холодные, по ощущениям — как туман по утру над прохладным озером. Вот только… в этой влаге и прохладе ощущалось что-то еще. Что-то такое, чему генерал пока еще не мог дать определения.
Но это что-то ему не очень нравилось. Словно всей той гамме чувств, которую вызвало прикосновение к облаку, не хватало небольшой детали.
— Это может заметить только смертный, — чуть грустно прошептал на ухо демон, словно прочтя мысли Хаджара. — Лишенные плоти не ощутят никакой разницы.
Генерал только пожал плечами. Проблемы Бессмертных его не слишком сильно волновали. Он здесь все равно, как выразился бы Шакх, проездом.