Когда же сила вернулась обратно к генералу, тот понял, что перед ним стоит не совсем человек. Нет, Эваалел был из «плоти и крови» (учитывая, что все здесь состояло из энергии, то фраза приобретала иносказательный смысл), но вот душа и энергия — их внутри этой оболочки не присутствовало в той форме, что у обычных существ.
Вместо них внутри тела главы сияла два, как бы правильнее выразиться — два запаса. Как если бы кто-то взял некоторое количество души и энергии и поместил их в создание.
— Голем, — догадался Хаджар.
Эваалел слегка склонил голову.
— В данный момент под прямым моим управлением, — прозвучал голос искусственного конструкта. — Видите ли, доблестный генерал, не всегда у глав Домов есть время, чтобы встречаться с каждым, кто хочет предложить нам что-то выгоднее в обмен на свою жизнь.
Хаджар не стал комментировать последнее утверждение. Да, они только что обменялись Эхом Правил и, в этой небольшой битве, обнаружили паритет своих сил, но кто знает, какую долю свой силы Эваалел-настоящий заключил в Эваалеле-големе.
Ну и, тем более, насколько понимал Хаджар, обмен ударов Эха Правил и сражение самих Правил — это две, совершенно разные, истории.
— Я бы даже не стал тратить на вас время своего голема, — продолжил глава Золотого Неба. — если бы не интересный нюанс — за последние… Харлим, напомни-ка мне, сколько эпох минуло…
Старик, кашляя и утирая губы от крови и пота, дрожащими руками обхватывая посох, с трудом поднялся на ноги.
— Никогда прежде…
— А, да? Настолько? — в тоне Эваалела явно звучала насмешка.
Хаджар начинал понимать, почему Хельмер и остальные Древние столько трепались. Если у них совершенно иное восприятие времени, то и подобные «монологи» вовсе не «монологи», а коротенькие реплики.
— Может быть, — только и ответил Хаджар.