С матрасами из перины и пуха, которые в ту давнюю пору стоили куда больше, чем мог себе позволить даже крупный барон.
— Ты так опоздаешь на встречу, — как из тумана, в пустом помещении, соткались две фигуры.
Первую, стоявшую поодаль витража и начищавшую собственные доспехи, Хаджар узнал сразу — Последний Король Эрхард. Только более… спокойный. Да, он все так же был наполовину обнажен — в одних только штанах, на босу ногу, в одной руке держал склянку с маслом, а в другой — тряпку. И её он, как раз, и драил черную сталь.
Вторая же, туманом свилась напротив выхода на маленький балкончик. Невысокого роста, простой фигуры — без вдохов восхищения, но достаточно, чтобы зацепить взгляд.
Её лицо отражалось в витраже. Такое, что под стать фигуре. Милое, круглое личико, но на фоне даже мало-мальски сильной практикующей, даже не адепта — не запоминалось и вовсе.
— Игнес, — прошептал стоявший позади Хаджара Белый Клык. — моя жена.
И то, сколько боли прозвучало в этих простых словах, ясно давало понять, что воспоминание не закончиться ничем хорошим.
Как и муж, она была одета в простое платье из недорогих тканей, но видно, что сшитое руками мастера высочайшей пробы. По меркам тех времен, разумеется.
— Если ты отказываешься туда идти, — говорил Эрахард не отрываясь от своего доспеха. — то зачем мне тратить на столь незначительное событие те драгоценные минуты, которые я могу провести с тобой.
Когда Игнес улыбнулась и качнула копной рыжих, будто горящих волос, Хаджар понял, чем столь простая девушка смогла завоевать сердце правителя целого мира.
Её улыбка была не жаркой, как у лучших соблазнительниц Моря Песка, но теплой. Теплой, уютной, обволакивающей, как одеяло, которым мать укутывает новорожденное дитя.
Она была мила, мягка и спокойна.
Полная противоположность Эрхарду. И вместе, эти две стороны одной медали, составляли единое целое.
— Как ты можешь так говорить про собрание своих советников? — и даже голос у неё звучал подобно шелесту листвы. Мягкий и успокаивающий. Почти убаюкивающий.
— Потому что они скучны и неинтересны, — пожал плечами Эрхард.
Хаджар помнил историю Последнего Короля. Тот был рожден от мертвой матери — его вырезали из живота повешенной женщины и потому существовала легенда, что Эрхарда, рожденного от мертвеца, не сможет убить ни один смертный.
Но за легендой крылась куда более простая истина.