Сердце Дракона. Тринадцатый Том. Часть 2

Ты так и не подписал указа о полном объединении Ста Королевств — зачем тратить время на бумаги, когда можно тренироваться со своими рыцарями. Так что, фактически, твоя Империя такова лишь в твоем воображение, а на самом деле это лишь те же Сто Королевств.

— Но…

— Что же до Игнесс — она ника не связана с тобой кровными узами.

— Она носит моего ребенка! — вновь прогремел Эрхард. — Он — часть моего рода! Ты не смеешь причинять ей вреда!

— Я — разумеется, — широко улыбнулся Джу. — и, перед тем, как все закончится, я хочу чтобы ты помнил, Эрхард.

Помнил тот день, когда я опустился перед тобой, двуногим, на колени, чтобы молить тебя отправить хоть часть войск в поход. Чтобы уже мой род не умер на этих скалах, которые ты так любезно нам “подарил”. И если бы не отказал мне, решился пойти всего на пару лет с нами в поход, ничего бы этого не произошло.

— Я убью тебя, — глаза Эрхарда сияли безумием ярости и гнева. Меч его дрожал от нетерпения. — я убью каждого в твоей общине. Молодых и старых, женщин и детей — я их всех сожгу.

А когда они сгорят, то их пеплом я накормлю каждого предателя. Я вырежу их семью, а кишками их детей украшу деревья от сюда и до самого края мира! И даже когда демоны будут плакать над вашей судьбой, я…

Копье того, кто называл себя Сэром Лидусом, поднял копье. И громовой стрелой, пронзив пространство, оно пробило грудь Игнес.

— НЕТ! — воскликнул Эрхард и бросился вперед, но вдруг споткнулся.

Хаджар увидел, как за его спиной появилась туманная рука, вонзившая сквозь доспехи кинжал.

Эрхард, при смерти, не видел, кто именно нанес удар, так что этого не было видно и в его воспоминаниях.

Хаджар вдруг будто очутился на месте Последнего Короля.

Он лежал на теплых, от его собственной крови, камнях. И в глазах все меркло.

Он слышал слова посла Джу:

— Мы не можем вас убить, мой король. Но до тех пор, пока мертвые не пойдут среди живых по земле ваших отцов, этот кинжал будет хранить вас в смертном сне.

Но видел лишь Игнес. И то, как из её двигающихся губ толчками вырывалась кровь.

И как они, дрожа, складывались в простые слова:

— Я. Тебя. Люблю.

И после этого немой крик вырвался из груди падающего в бесконечную тьмы забытья преданного короля.

* * *Белый Клык отнял ладони от груди и головы Хаджара. Тот, резко оказавшись в реальности, пошатнулся и, в неловкой попытке сохранить равновесие, схватился за рейки. Те с грохотом упали на землю, но сам Хаджар устоял.

— И к чему все это? — спросил Хаджар.