И меня разрывает на мелкие частички, от противоречивых, таких ядовитых, но в тоже время сладких чувств!
– Нет, не надо… – всхлипываю, отворачиваясь, но он ловит мой подбородок, надавливая, поворачивает обратно. На этот раз прижимается губами к шее, так осторожно, так пытливо целуя…
Меня топит в мурашках, пламени, агонии! Я словно варюсь в самом жарком котле ада, когда бывший муж меня обнимает, вкладывая в свои действия так много чувственности.
– Лида, бл… Что же ты со мной только делаешь? Ты же знаешь, что я не такой, я не монстр, но… От тебя рвёт крышу! Я лютым становлюсь, не могу себя контролировать… Творю хер знает что!
Моё сердце бьётся в агонии, душа вообще на разрыв, из-за того, что любовь к нему ещё не до конца умерла! Но я не могу его простить.
Зарывается носом в волосы, шумно вдыхая их запах. Сам весь трясётся. Нас обоих дрожью прошибает, будто две молнии, что столкнулись друг с другом, принеся за собой конец света.
– Видишь, каким ты меня сделала? Я был другим. Немного лучше… А сейчас я хуже дьявола, меня тошнит от самого себя. Я сам себя ненавижу, веришь?
Кусаю губы, глотая слёзы, говорить так сложно! Игнат бережно растирает слёзы по моим щекам, даже пытается успокоить.
И это работает. Поневоле, начинаю расслабляться, когда ощущаю блаженное тепло, исходящее от него. Его запах, просто его присутствие, его будоражащий шёпот, который задевает все струны моей души.
Нет, не могу…
По-прежнему сердце не может забыть мерзавца! Даже через силу! Слишком мало времени прошло, нужны годы, если не века.
Игнат говорит правду. Признаюсь, я от него не ожидала подобных речей. Он же гордый, а за последние полгода так вообще гордыня зашкаливает.
Он перегнул. Впервые увидела его таким озверевшим, я правда испугалась, но за испугом скрывалась и жажда тоже. Как он смотрел на меня, как трогал, как ремень с брюк сорвал! Боялась.
Я тоже голодала…
Секс с ним – это всегда нечто запредельное, космическое. Яркое и безумное! Как наркотик… Потому что хочется ещё и ещё!
Я по этому соскучилась! Этого до сих пор жаждет другая часть моей души. Такая неправильная, потаенная. Наверно испорченная им. Однозначно проклятая.