Рядом на подушке лежала злосчастная газета, и я никак не могла отвести взгляд от лица Алена.
Было больно настолько, что сдавливало грудь и саднило в горле от попыток протолкнуть ставший вязким и тяжелым воздух.
А мысли хлестали хуже плетей, лишь усиливая эту боль. Если Ален меня любил так сильно, как утверждал, то почему так быстро согласился на помолвку? Не стал ждать и нескольких месяцев! А ведь в письме я намекала, что если найдет способ избежать этого брака и подождет два года, мы сможем быть вместе. В итоге даже ждать не захотел!
Или обиделся из-за моего отъезда и решил просто вычеркнуть из жизни? Но какая в таком случае это была любовь? Даже найти не попытался!
Тут опалило догадкой.
Но в таком случае еще обиднее! Недолго же Ален убивался из-за погибшей возлюбленной! Быстро нашел себе утешение. И теперь вполне доволен жизнью с прекрасной невестой. Может, даже вздохнул с облегчением, когда перестал терзаться необходимостью выбора.
"Все эти мысли выворачивали душу наизнанку. Тем более что я понимала: все может быть не так, как кажется. Но ревность и боль мешали найти Алену оправдания. Да и нужно ли? Отныне наши с ним пути навсегда разошлись, хочу я того или нет. Даже если однажды воскресну из небытия, он наверняка к тому времени будет женат. А быть младшей женой или любовницей не желаю по-прежнему.
В дверь осторожно постучали. Послышался голос Найи:
- Эулин, у тебя все в порядке? Скоро обед подоспеет.
- Обедайте без меня, - отозвалась глухо.
Аппетита и правда не было. Впрочем, как и желания отвечать на неминуемые расспросы, если и дальше буду вести себя так же. Найя ведь не отвяжется! Уговорит рассказать обо всем, что на душе. Знаю за ней такую особенность. И ментальная магия тут ни при чем. Просто когда видишь, что тебя слушают с искренним сопереживанием и пониманием, трудно не откликнуться.
Я встала с кровати и наскоро оделась.