— О, пора кормить Кусаку, пока он не съел меня или кого-нибудь из незадачливых гостей. С вами было приятно поболтать, Ева, но времени совсем не осталось.
Он поднялся, удерживая кота на локте, прошел к двери и распахнул ее. Вокруг мужчины вихрем взметнулась жалость, и было что-то еще внутри, спрятанное, но под тесной вязью не разглядеть.
Я вежливо попрощалась. В холле поблагодарила за чай Лизу. Сам того не зная, доктор Трельяк сообщил мне массу важной информации, которую немедленно следует рассказать парням.
Я выскочила на улицу, скорее зная, чем слыша как Джок спешит за мной.
И нос к носу на крыльце столкнулась с Крейгом. Братцем из двойняшек и фанатом невинности у девушек. Он держался за ручку двери и при виде меня расплылся изумленной, но крайне довольной ухмылкой. Ноздри его хищного, не раз сломанного носа, задрожали.
— Чика! А я-то везде тебя ищу!
Бешенные янтарные глаза сверкнули самодовольством, окидывая меня от макушки до туфель. Ощущение удара под дых, с неотвратимостью летящего навстречу поезда.
— А вы мне не интересны, пропустите!
Я попыталась обойти его, но куда мне до реакции оборотня. Сильные пальцы уцепились за предплечья.
— Парни, подрулите нам авто. Мы с девушкой в ресторан съездим поближе познакомиться.
С ним было трое или четверо амбалов, заросших по уши, так что с трудом можно было разобрать — они в человеческой личине или уже в полутрансформации. Один из них развернулся и поспешил вниз по улице. Его фигуру заливал прямой солнечный свет — пока мы общались с психологом ветер разогнал облака.
Из-за моей спины выглянул Джок, спешно допечатывая сообщение в коммуникаторе.
— Немедленно отпустите девушку, сэр.
— А то что? — спросил Крейг. И неуловимо быстрым движением кулака отправил худощавого Джока в полет обратно по коридору. — А ничего. Нам третий не нужен, да, красотка? Хочешь отлично провести со мной время?
Он порыкивал и жадно принюхивался.
— Денег хочешь? Тряпок? Камешков? Пошли, девочка, не обижу.
— Нет!
Я зашипела и рванулась.
С открытыми щитами оборотень ощущался нависающей надо мной тучей вожделения, темной жажды, от которой хотелось бежать, желательно на другой континент.
— Мне не отказывают, — ухмыльнулся он, блеснув резцами. — В клубе ты давала мне знаки и обещала секс, у меня свидетели. Не дури, идешь, не сопротивляясь и через час сама начнешь целовать мне ноги.