Слабеющие коленки — не иносказание, после общения с Диего я знаю это совершенно точно. Я слышала, что феромоны возбужденных оборотней крышу сносят, но для меня судьба выписала личный ураган, который пробивался через все мои защиты.
Пора срочно менять тему разговора, а потом бежать со всех ног… в смысле уходить под любым благовидным предлогом. Я отшагнула, увеличивая дистанцию.
— Насчет менталистов… Ты увиделся с Владимиром? Что он сказал?
— Владимир? — Фаворра сделал паузу на имени, внимательно меня рассматривая, но уже не пытаясь приблизиться.
— Надо же. Она пыталась вытащить Крейга из «Сот», а он ее — от психолога.
— У каждого в этой семье свое понимание плохого и хорошего.
— А что сказала Лиза? Которая секретарша. Она объяснила почему Кларисса разозлилась на Трельяка? — я старательно произнесла фамилию психолога вместо имени.
— Да, девица Дюран принесла какую-то фотографию, порвала ее на клочки и тут же напала на беднягу. Все произошло в секунды. Помнишь, как он пролетел мимо нас? Секретарь сказала, что потом сидеть не мог. Ей пришлось отправить своего начальника в больницу пока мы разбирались с Клариссой на крыше.
Я задумчиво кивнула. Вопросы множились, я с удовольствием завтра задам их Трельяку, на больничной койке. Учитывая новые обвинения, ему уже не отвертеться. И особенно хотелось бы остаться с ним наедине хотя бы на пару минут, проверить, что он думает насчет некоторых моих… необычных реакций.
— Диего! — дверь тренировочного зала распахнулась рывком и оттуда почти выпала Мирабелла. Всклоченная, с багровыми щеками. — Нам нужно поговорить!
— О, мне пора, — быстро отреагировала я. — Клочки фотографии в лаборатории? Пойду посмотрю.
— Лаборатории уже закрыты, — Диего увернулся от пытающейся ухватить его за локоть оборотницы. А из двери уже выскочила Ноа, потирая скулу и азартно оглядываясь.