Сам бабочка вряд ли подстерегал полицейских менталов по подворотням.
— Вито… Запах узнаешь? Наш объект? — сдержанно спросил тигр.
— Нет, не он, — подтвердил мои рассуждения отрядный следопыт.
— Значит будем разговаривать.
Жаль. В глубине души я надеялась, а вдруг Павлини все же тот, которого мы искали. Тогда парни его схватят, отволоку в участок и передадут специалистам по допросам. И больше не придется мне нервно оглядываться за спину. Но увы, нападавшим был не он.
Серебристую металлическую дверь леопард вскрыл за минуту, не больше.
Зато всего остального было в достатке. Как он мог среди всего этого находиться часами и не потерять зрение?
Со стен рябили яркие плакаты и картины. Все они изображали импозантного мужчину с посеребренными благородной сединой висками и молодым хитрым взглядом. Иногда он позировал один, иногда с броско выглядевшими девушками и мужчинами, но все они уступали хозяину кабинета в живописности нарядов и… в пугающей демонстративной самовлюбленности.
Вокруг были десятки изображений мужчины. На полках стояли многочисленные его бюсты, у письменного стола гордо подбоченилась скульптура Павлини во весь рост.
Каково ему постоянно находиться среди себя любимого?
— Ого, как он вообще что-то чует среди этой парфюмерной вони? Или специально тренировал нюх.
Вито потер нос и заглянул в огромное горизонтальное панорамное окно, растянувшееся на всю стену слева от входной двери и украшенное хрустальной рамой.
— Клетку с танцорами видно как под увеличением, — подтвердил Диего, вставший рядом с ним, — Ты заметил окно, когда мы поднимались сюда? Я — нет. Хитро сделали, да еще замаскировали. Ладно, ждем нашего Павлини здесь. Надеюсь, Буч навешает ему что-нибудь про смену охраны, в кого-кого, а внашего тролля я верю.
Ха, они оба глазели вниз, и даже подозреваю на кого. На прелестную девушку-мангуста.
Я с любопытством обвела глазами полки и подошла поближе к столу и пафосной скульптуре. Белая какая…
— О, шеф, тут еще одна дверь. Возможно, наша бабочка сейчас восседает в сортире и… — начал Вито.
А я испуганно вскрикнула. Мистер Павлини не мог быть в туалетной комнате по одной простой причине.