Игорь Петрович никогда не считал себя однолюбом, но так и не нашел подходящую женщину. Да и не искал вовсе, с головой уйдя в работу. Он изредка навещал родственников жены, чтобы вспомнить Таню, поговорить о ней. Другие разговоры давно стали ему не интересны. И жизнь его продолжала крутиться вокруг Тани. То оградку нужно поставить, то памятник, то просто свежих цветов принести на могилку.
Теща посетовала, что до нового года нужно съездить на кладбище и завернуть в целлофан памятник. Так и не закрыли, а то, не дай бог, лопнет.
— Я заеду, укрою, — пообещал Игорь, но теща заявила, что он сам не справится и она должна проконтролировать. Любой разговор тут же сводился к истерике. Мищеренко согласился, дабы поскорее прекратить беседу. Но на следующее утро вспомнил о вчерашних нотациях и разозлился. Ей что, нечего делать? У нее есть свой собственный сын, вот пусть его и учит жить. В последние годы жизни Тани, он терпел все эти нравоучения из-за жены, не хотел ее волновать. А теперь можно послать свою ""вторую маму"" куда угодно и навсегда избавиться от этой мегеры.
Поэтому, когда пришел Цагерт, он все еще мысленно ругался с тещей.
— С вас сняты все подозрения, — сухо заметил Мещеренко. — У меня только один вопрос. Вы и Агапова когда уехали?
""Горячо, ох, как горячо, — промелькнуло в голове у Иштвана. — Соседка могла видеть только двоих. Как же я забыл об этом""
— Мы уехали позже, — нехотя проронил Цагерт. — Но попросили друзей об этом не распространяться. У Лилечки такая вредная мамаша.
Мещеренко закивал понимающе.
— А что вы делали одни на даче?
— Игорь Петрович. Ну что могут делать двое молодых людей, оставшись в пустом доме, — изумился Иштван Цагерт.
Он сказал так просто и искренне, что следователь еще и отругал себя за излишнюю подозрительность.
— Давай подпишу повестку, — велел Мещеренко. — Девочка хорошая, ты женись на ней, Цагерт.
— Де факто мы давно вместе, а де юре — пока не планируем. Родители говорят, еще рано, — бодро сообщил Иштван, входя в роль.
— Все, иди-иди, Лиле своей привет передавай, — добродушно отмахнулся Игорь Петрович.
Иштван Цагерт ему категорически не нравился. Но его девушка казалась очень хорошей. Как это Жеглов учил Шарапова: ""К девочке присмотрись, девочка правильная"" И если правильная девочка Лиля Агапова любит этого щенка Цагерта, то, возможно, и он не так уж плох.
А в субботу зарядил дождь со снегом.