Через пару недель эламиты еще раз захотели повысить цену. Я догадался, что меня пытаются развести, и послал им гонца, передавшего на словах, поскольку читать не умел никто из эламитов, проживавших на границе с нами, что повышений не будет, а если продолжат качать права, приду и возьму всё бесплатно. То ли мои слова их обидели, то ли решили проверить на слабо, но поставки гранита и базальта резко пошли на убыль. Привозили только из одного племени, из которого была большая часть моих лучников.
Я позвал Тиемахту и спросил напрямую:
— Ты и твои лучники поддержат меня, если пойду войной на эламитов?
— А на какое из племен ты хочешь пойти войной? — ответил он вопросом на вопрос, из-за чего у меня появилось подозрение, что первыми одесситами были эламиты.
— На те племена, которые не хотят возить нам гранит по разумной цене и мешают это делать другим, — ответил я, потому что был уверен, что мутят воду одно или два племени, а остальных припугнули или наобещали им золотые горы.
— На них обязательно надо напасть! — заявил командир лучников. — Я сам проведу тебя в деревни, где живут эти смутьяны!
Подозреваю, что проведет он меня именно в те деревни, где живут исконные враги его рода и нет родственников лучников из его отряда. Меня было без разницы. Не важно, будут наказаны главные зачинщики или второстепенные, лишь бы эламиты поняли, что я слова на ветер не бросаю.
— Тогда собираемся в поход, — решил я.
Всю зиму и весну я занимался обучением своей армии.