Сделай так, чтобы Сухарь сам их убрал.
– Подельники они, не согласится.
– Сделай, чтоб согласился, – с нажимом произнесла она, и Игорь решил не спорить, ему и самому уже внушали опасение эти два постоянно колющихся торчка. В любой момент они могут посыпаться, и тогда… нет, Яна была права, от них пора избавляться.
Дождавшись ночи, Добрыня решил под предлогом осмотра территории выйти и оглядеться. Он не успел толком рассмотреть все надворные постройки, не проверил, есть ли где-то еще выход из усадьбы, а знать такие вещи необходимо.
Обход двора дал только одно – количество построек на территории и небольшую дверь в самом дальнем углу, через нее, видимо, выносили мусор. Но вот у сарая, присев на корточки, чтобы завязать шнурок кроссовки, волочившийся по земле, Вовчик вдруг увидел втоптанную в землю заколку – серебряную невидимку с «глазом тигра».
Подковырнув заколку ногтем, Вовчик сжал ее в кулаке и подумал, что это хороший знак. Тинка точно была в Согласии, даже находилась на территории усадьбы, и не исключено, что она и до сих пор здесь. А это уже легче.
Утром он еле встал, заведенный будильник вопил под ухом, а Вовчик никак не мог заставить себя открыть глаза. Но вставать было нужно.
За завтраком, который для охраны накрывался в просторной столовой на первом этаже дома Прозревшей, Вовчик оказался в компании Клавдии Васильевны, хромого Игнатьича и той самой Дарины, за которой приехал.
Он приветливо улыбнулся девушке, сидевшей наискосок от него, но она быстро опустила глаза и никак больше не отреагировала.
Вовчик уже почти закончил есть, когда показались его напарники, имевшие какой-то вялый вид и замедленные движения.
Не став дожидаться, пока они поедят, Кущин отправился в дом, где жила охрана, и возле комнаты одного из напарников увидел выставленное ведро с мусором – так было положено, мусор выносили с утра, уборку делали после обеда, об этом ему рассказали охранники, когда показывали, где будет жить.