Плотная бесформенная фигура, сияющая прерывистым светом; Йен был ранен, но не опасно; его сила вспыхивала и угасала, вспыхивала и угасала…
Я ощущала его пульс своей плотью. На мгновение я словно растворилась и не осознавала границ собственного тела. Чувствовала медленную капитуляцию Джейми у себя в животе и венах, сильный пульс Йена в сердце и артериях.
Где я?
Я мрачно заключила, что это не имеет значения.
Помоги мне, — беззвучно взмолилась я, проваливаясь в пустоту.
148
Нет… пока
Мы вчетвером провели там остаток дня, ночь и большую часть следующего дня.
— Вот так, тетушка… — Йен взял меня под мышки и осторожно поднял в сидячее положение.
— Что? — прохрипела я.
Он поднес к моим губам флягу, и я глотнула. Это был сидр — никогда не пробовала ничего лучше. Потом я вспомнила.
— Джейми? — Я сонно огляделась в поисках мужа, однако перед глазами все расплывалось.
— Он жив, Клэр. — Роджер сидел на корточках рядом со мной. В кровоподтеках и заросший черной щетиной, но улыбающийся. — Не знаю, как вы это сделали. Мы боялись двигать вас — вас обоих, я имею в виду, потому что вы не хотели его отпускать.
Я огляделась. Мы все еще находились за скалистым выступом, скрывающим поле битвы, однако я слышала звуки — и чувствовала запах — расчистки. Кряхтение, разговоры, стук лопат и мягкий шорох отбрасываемой в сторону земли.
Но не нас.
Я положила руку на Джейми. Он выглядел как покойник. Я чувствовала себя мертвой. Хотя мы определенно были живы.
Грудь Джейми шевельнулась под моей ладонью. Он дышал — едва заметное движение, будто сквозь меня прошел легкий ветерок.
— Как думаешь, тетушка, его безопасно двигать с места? — спросил Йен. — Роджер Мак нашел неподалеку ферму, где вы можете пожить, пока оба не окрепнете для путешествия.
Я облизала потрескавшиеся губы и склонилась над Джейми.
— Ты меня слышишь?
Он слегка поморщился, затем — спустя мучительно долгое мгновение — открыл глаза. Только темно-голубые щелочки под налитыми кровью веками, но и этого хватило.
— Да, — прошептал он.
— Битва окончена. Ты не умер.
Джейми долго смотрел на меня, приоткрыв рот.
— Нет… пока, — произнес он. Как мне показалось, с легким сожалением.
— Мы едем домой, — заявила я.
С минуту он молча дышал, потом сказал: «Хорошо» — и смежил веки.