— Выходит, этот Ричардсон — умалишенный и предатель? Похоже, американцы не слишком щепетильны?
— Насколько я знаю, они сделали генералом Джеймса Фрэзера, если это тебе о чем-то говорит.
Амаранта удивленно вскинула брови.
— Очень надеюсь, что он не сумасшедший. — Она смерила Уильяма взглядом. — Измена вряд ли передается по крови, зато я почти уверена, что безумие наследуется. Возьми хотя бы короля.
— Нет, — сказал Уильям. — Мистер Фрэзер кто угодно, только не сумасшедший. И я согласен с тобой относительно мистера Уэйнрайта.
— Ты имеешь в виду, что у него, возможно, есть и другая причина прийти к тебе?
Амаранта глянула из-за плеча Уильяма в сторону дома.
— Возможно. — Уильям отмел это предположение взмахом руки. — Однако вот основные факты, согласно его словам и письму: во-первых, папа находится в руках Ричардсона, который чертовски опасен.
— Но ведь это же хорошо? — возразила Амаранта. — Если Ричардсон держит твоего отца только затем, чтобы надавить на герцога, тогда лорду Джону ничего не грозит, пока герцога не найдут. Ведь так?
— Ммхм, — с сомнением промычал Уильям. — Не знаю. Уэйнрайт говорит, что отец в опасности, и, очевидно, у него есть основания так думать.
Эта мысль пронзила Уильяму сердце, будто нож для колки льда. Выбитый из колеи появлением гостя, он на мгновение забыл о самом главном.
— Уэйнрайт сказал, они поднимали якорь, когда он ух… — Уильям так резко схватил кузину за руку, что она вскрикнула.
— Если они поднимали якорь… то теперь наверняка уплыли!
— Скорей! Надо узнать, где корабль сейчас — или был!
Он отпустил ее руку и кинулся к дому. Амаранта побежала следом.
Уильям влетел в коридор, напугав Мойру, которая шла с огромной корзиной для покупок, доверху нагруженной рыбой и буханками хлеба. Она успела отскочить в сторону, но выпустила корзину из рук.