Она покончила с собой, но сделала это из-за меня.
От облегчения у меня едва не перехватило дыхание. Если бы Кассио действительно убил свою жену, я не смогла бы остаться с ним — хотя он никогда бы не позволил мне уйти от него.
Я знала, что самоубийства случаются чаще, чем принято признавать в наших кругах, но обычно они были результатом жестокого обращения и отчаяния. Что Кассио сделал с его женой? Он был добр ко мне и к своим детям. Я не могла себе представить, что он был абьюзивным к своей покойной жене, если только ее смерть не заставила его изменить свои привычки.
— Почему? — спросила я, наполовину боясь узнать правду, но я хотела избавиться от темных теней прошлого и пролить свет на то, что произошло, было единственным способом сделать это.
Кассио невесело улыбнулся. Пламя отбрасывало тени на его острое лицо.
— Потому что я убил человека, которого она любила.
Я была потрясена и замолчала.
Глава 17
КАССИОПрошлоеЭтот день был просто кошмарным. Потерять двух человек из-за этих чертовых байкеров было ужасно. Лишиться их из-за того, что у нас имелась крыса, было еще хуже. Я не был уверен кто он такой, по крайней мере, с уверенностью. Многое указывало на Андреа. Два дня назад он не присутствовал на Рождественском ужине, но сегодня должен был смотреть за Гайей.
Было уже около полуночи, когда я вошёл в наш дом, ожидая, что все уже, как обычно спят.
— Почему ты все еще не спишь?
— Не могу уснуть. Это мне подарил дядя Андреа.
— Где он сейчас?
— Наверху, с мамой. Они играют.
Он даже не поднял глаз, полностью загипнотизированный красочным экраном. Именно поэтому я не хотел, чтобы у него была одна из этих вещей.
— Играют?
Даниэле рассеянно кивнул.
— Да. Дядя Андреа дал мне это, чтобы тоже поиграть.
— Оставайся здесь и продолжай играть, — твердо сказал я и направился к лестнице, доставая пистолет. Я тихонько поднялся по лестнице, стараясь не издавать ни звука.
Перед дверью в спальню Гайи я остановился и прислушался. За дверью кто-то проворчал, и женщина вскрикнула. Это не были звуки пыток.
Я распахнул дверь. Она ударилась о стену."
"Ярость скользнула по моим венам при виде этого зрелища.