О том, чтобы создать семью или растить в таких условиях детей, не могло быть и речи.
В принадлежащей ему части Изнанки, – мире, переданном владыкой под его личную ответственность, – он постарался создать максимально пригодную для жизни среду. Но это не отменяло того, что местным существам остро не хватало ресурсов для извлечения тепла и света. Кроме того, бесконечная ночь плохо сказывалась на эмоциональном фоне. Как ни крути, а для демонов он не менее важен, чем для всех остальных рас.
– Я осмотрю те несколько очагов, откуда идет сигнал фиолетового уровня опасности.
– Не боитесь, что невеста натворит дел в ваше отсутствие? – Набериус вновь вернулся к «выканью» и отдельно выделил слово «невеста». – Такая самостоятельная госпожа, не смею представить, как она чудила у себя дома. Ичитау – стойкий боец, и даже она не успеет сообразить, как окажется в кармане у Эдвины.
– Я беру ее с собой, пускай привыкает. И сделай одолжение, не используй это имя. Настолько они разные. К моему возвращению подготовьте подземную часовню. Я уверен, что душа этого ребенка нашла дорогу, но свечи для нее должны гореть по всем обычаям. Я зажгу свои. Поддержка лишней не бывает.
Астарот попенял себе, что для правой руки владыки он стал излишне впечатлительным. Его раздражали намеки, что Анастасия в прошлой жизни вела себя невоздержанно.
– Я никогда не говорил ничего подобного, поэтому заранее простите, мой господин… Но это всего лишь девушка – что первая, что, тем более, вторая.
– За собой проследи, маркиз. Давать советы не так сложно, как им следовать. За мной миллион нечистых душ, я не отступлюсь, – вышло напряженно и скованно, но и тема больно скользкая.
Набериус кивнул, давая понять, что понял и принял. И демонически взмахнув плащом, понесся вон, запускать резервные источники. Астарот какое-то время продолжал сидеть в кресле, прислушиваясь к собственным ощущениям.
Прежде всего, конечно, его внимание привлекали звуки фоноавтографа, который ловил колебания на разной частоте, а потом записывал их при помощи иглы.