– Как видите, фирма у нас серьезная, но и платим мы хорошо. Ваше решение?
– Что я должен делать?
– То что делали. Торговать. Тем же самым, чем торговали. Только ассортимент будет побогаче, а поставки побольше. Кроме оклада – процент. Так что, надеюсь, вы будете заинтересованы в оборотах.
– Но если обороты, то… с кем я буду работать?
– Вы будете работать один. Без персонала. Но если вы боитесь не справиться, вы можете нанять себе помощников. Из своего жалования.
– Нет, спасибо, я справлюсь!
– Я так и думал.
– Когда приступать к работе?
– Хоть завтра…"
"Ну, всё, будем считать на эту позицию человечек нашелся. Теперь ему буфер в виде местного Помощника создать и можно реанимировать торговлю. Под новым брендом с новым «лицом фирмы». Базы снабжения – известны, потребитель тоже.
Товар будет куплен, будет «заряжен» и пойдет по адресам. По карте, во все стороны расползутся стрелки оружейных караванов, высветятся места схронов и террористических лагерей. Потом туда можно будет послать «шпиков», которые срисуют лица террористов, по фото вычислить персоналии, после чего кого-то приговорить, а из кого-то сделать сексотов… Тут все просто – эта технология уже отработана.
Если Калаш попадется – рассказать он ничего не сможет, потому что ничего не знает и даже собственного работодателя в глаза не видел, так как был нанят обезличенно, через Интернет. А сам, добровольно, никого сдавать не станет, так как за его спиной маячит Лёха Иркутский, который шутить не любит. И не умеет… Калаша допросят, ничего не узнают и, конечно, убьют.
Так что на этого работника можно смело положиться… И пока о нем забыть.
Чтобы заняться делом. Тем, ради которого!..
* * *За столом сидел человек. На столе лежал Коран. И пистолет.
Человек был в черном комбинезоне и куфии. Так что его лица видно не было – только глаза.
– Вы готовы?
Человек кивнул. В комнате вспыхнули прожекторы, заливая все ярким светом.
– Начали…
Человек заговорил. У него был очень сильный и хорошо поставленный голос. И очень убедительный текст.
– Я не буду называть своего настоящего имени и называть свой род. Тот, кто хочет обращаться ко мне, может называть меня Галиб. Мой род хорошо известен.