Ну а вездесущие журналисты, как всегда, узнали откуда-то сами.
После скромной церемонии прощания Василий дождался, когда настырные репортеры разъедутся. А потом, незаметно отведя вдовца в сторонку, впервые поговорил с ним тет-а-тет. Точнее, больше говорил Потемкин, а Василий внимательно слушал и изучал мужчину. Слуга не почувствовал в муже боярыни той самой силы, и это, надо сказать, порадовало. Никчемней главы для рода трудно сыскать.
И чем больше говорил Егор, тем все больше недоумевал Василий. Как, ну как Софья Изотова умудрилась выбрать в мужья столь трусливого, слабого человечишку? Нет, не могла она по своей воле выйти замуж за такое убожество.
Вопросы копились и наслаивались друг на друга. Головоломка становилась все запутанней. Однако наседать на Потемкина преждевременно: тому имелись очень веские причины. Надо смотреть на его дальнейшие действия.
Общаясь, Василий отчетливо видел, насколько сильно мужчина нервничает.
И теперь выяснение того, кто такой Егор Николаевич Потемкин, стало острой необходимостью. Если за ним стоят серьезные люди, то это сильно меняет дело.
Подъезжая к Степному, Василий издалека увидел знакомый черный внедорожник. Савелий уже приехал.
Остановившись неподалеку, слуга рода Изотовых заглушил двигатель. Вышел из автомобиля, коротко кивнул дежурному воину и уверенно направился в помещение охраны. Зайдя, цепким взором скользнул по многочисленным мониторам и сидящим около них крепким мужчинам в униформе княжеского рода.
Савелий, как всегда, не изменил своим привычкам: не отвлекая воинов от работы, медленно прохаживался за их напряженными спинами.
Целенаправленно нервирует. Вот изверг.
Глянув на Василия, правая рука князя усмехнулся. Жестом остановил начавших подниматься для приветствия воинов, подошел ближе. Протянув руку, спокойно произнес:
— Приветствую. Рад встрече.
— Взаимно, — пожимая крепкую ладонь, отозвался Василий.