- Мы его в винном погребе закрыли, всё равно пустует, - пояснил Джон, - а Прошка на кухню пошёл, всю дорогу жаловался, что с утра маковой росины во рту не было.
Теперь настала наша очередь рассказывать, что да как.
- Это вы всё верно организовали, - скупо похвалил меня Пантелей, когда я сообщила, что велела женщинам спрятаться в усадьбе и даже подготовила подземелье на случай осады.
А когда Джон сказал, что я ранила одного из бандитов, и Пантелей, и Николас посмотрели на меня так, словно только что впервые увидели.
- Из этого? – вояка кивнул на мой карабин.
Я, молча, кивнула.
- Госпожа Софи и меня научила стрелять, и Ульянку! - подал голос притихший до этого Миколка. - Знаете, как она умеет? Сурку прямо в глаз!
- Так прямо и в глаз, - усмехнулся Пантелей.
- Ага! Знаете она у нас какая?!
- Какая?
- Лучше всех!
Пристальные взгляды мужчин вызвали на моих щёках смущённый румянец. Спасибо Джон отвлёк их, рассказывая, как мы организовали курс молодого бойца. Судя по результатам – лучшими учениками оказались Миколка и Ульяна.
Потом мужчины принялись обсуждать нападение на деревню и бандитов, строя предположения, как те поведут себя дальше.
- А я говорю - ночью нападут! Не полезут они, пока не стемнело, знают, что у нас всё пристреляно, - доказывал Джон.
- Там, в сарае, разных железок полно, - встряла я в их разговор, - можно ловушки устроить.
Все повернулись ко мне.
- Госпожа Софи, шли бы вы отдыхать, и так весь день на ногах. Если что понадобиться, мы вас позовём.
Ну и ладно, я только рада переложить всю ответственность на широкие мужские плечи.
Прихватив свой любимый карабин, я спустилась на первый этаж. Заглянула в комнату где коротали время женщины и дети. Подошла к Марийке, узнала, как она себя чувствует, полюбовалась на сопящую у её груди малышку.
Потом проверила подготовленное подземелье и отправилась на кухню. Там я нашла Ханну, которая кормила нашего сегодняшнего героя – Прошку. Увидев меня, мужик вскочил из-за стола, но я его остановила.
- Ты ешь, ешь. Заслужил.
- Госпожа Софи, вы бы тоже поели. Хотите, я вам мигом в столовой накрою, - засуетилась Ханна.
- Не нужно в столовой. Я тут посижу."
"Устало опустившись на табурет рядом с Прошкой, только сейчас поняла, как я вымоталась. Ноги просто гудели, ныла рука. Я очень удивилась, обнаружив у себя чуть повыше запястья несколько мелких круглых синяков.
- Это вас Марийка так, - охнула Ханна, увидев уже посиневшие пятна.