Чем это может грозить?
Положим, золотые я могу вернуть, в последнее время мы неплохо заработали. Но, Наталка упомянула, что отправила письмо, в котором указала, где можно меня найти. Что, если мачеха явиться, чтобы вытрясти из меня эти деньги? Только её мне тут не хватало!
Вернувшись домой, я уже почти успокоилась. Немного подумав, решила всё рассказать бабуле. Услышав новости, та побледнела и схватилась за сердце.
- Ба, ну что ты так переживаешь! Отдадим мы ей эти золотые, и пусть убирается на все четыре стороны!
- Софи! Дорогая! Дело в том, что после смерти отца его жена является твоим опекуном.
- Как это?
Ноги у меня подкосились, и я рухнула на стоящий рядом диван.
- До самого совершеннолетия!
- Но, почему не ты?
- Таков закон.
- Может, можно что-то сделать?
- Она потеряет права опекунства только в одном случае.
- В каком? Ну, говори же!
- Ты должна выйти замуж!
- Замуж… да где я тут женихов-то найду?
Я обессилено откинулась на спинку дивана, сердце билось в груди загнанной птичкой.
Ведь узнав о моём наследстве, она точно не оставит нас в покое.
Я встала и заходила по комнате, лихорадочно вспоминать всех молодых мужчин, с которыми познакомилась на обеде у городничего. Но бабуля тут же отмела их кандидатуры.
- Женитьба – дело не быстрое. Пока то одно, то другое, это месяца два, а то и больше. Боюсь, нет у нас столько времени.
- Из своих… - я задумалась.
Да только своих, да ещё неженатых – раз, два и обчёлся.
За окном мелькнул силуэт одного из охранников. У меня в голове проскользнула шальная мысль. Что если кому-то из них предложить фиктивный брак? Надеюсь, развестись потом можно?
Я рассказала о своей идее бабуле, та повторно схватилась за сердце.
- Чего же ты удумала! Они же простые мужики, тебя потом ни в одном приличном доме не примут! Может, лучше господина Николаса попросим?
- Николаса? – я горько рассмеялась.
- Подожди, не спеши. Может, ты всё не так поняла. Вот увидишь – он приедет и всё объяснит.
И мы подождали. Только ни сегодня, ни наследующий день, ни даже к концу недели он так и не появился.
Глава 47
Положение было отчаянным, едва налаженная жизнь снова могла рухнуть. Поплакав ночью в подушку, утром я решительно взяла себя в руки. Не время раскисать! Ведь я в ответе за деревенских жителей.