- Вы не подумайте, у меня тут порядок! Подати исправно собираю, все налоги оплачены, вам не о чем беспокоится! Татка! – вдруг закричал он. – Татка подь сюда! Накрывай на стол!
Из второй комнатки, прикрытой занавеской, выглянула худая светловолосая женщина. Увидев нас, она охнула и скрылась за занавеской. Женщина успела переодеться, накинуть платок и вернуться к нам, а её супруг тем временем принялся пояснять ей, кто мы такие.
Я некоторое время смотрела на суетящихся хозяев и вдруг поняла, почему они так похожи на маленького Давида.
Нас усадили за стол, на котором появилась нехитрая деревенская снедь: серый хлеб, да каша. Порции были совсем крохотными, мы явно застали этих людей врасплох, угостить им нас было нечем. Но я была даже этому рада, если вспомнить, что сегодня мы и вовсе остались без нормального обеда и ужина.
Пока мы ели, староста всё пытался подсунуть то мне, то бабуле, старые пожелтевшие тетради.
- Всё тут: медяшечка к медяшечке, - немного волнуясь, пояснял он.
- Хорошо, давайте мы посмотри их завтра. Бабуля очень устала, может вы проводите нас до усадьбы?
Хозяин с хозяйкой как-то странно переглянулись."
"- Так ночь на дворе, Татка вам туточки постелет. Вы уж не обессудьте, что в тесноте. А дела и, правда, до утра подождут, - засуетился дядька Тарас.
Что-то подозрительное было в его поведении, да и Татка уж слишком стыдливо отводила глаза в сторону, но мы так устали, что попросту не обратили на это внимания.
Мягкий, набитый ватой матрац и подушка показались мне настоящим раем. А осознание того, что мы сегодня спим не под телегой, а в доме, под настоящей крышей, расслабили настолько, что я сразу же уснула, не подозревая, о чём за соседней стеной шептались обеспокоенные хозяева.
Глава 11
Проснувшись, впервые за последние дни почувствовал себя по-настоящему отдохнувшей. Крошечное окошко было прикрыто плотной занавеской, в комнате царил приятный полумрак, и я не сразу поняла, утро сейчас или уже день.
Привстав на локтях, глянула на лавку, где спала бабуля, но той там уже не оказалось, значит и мне пора вставать.
Старое платье было всё пропитано дорожной пылью, поэтому я решила достать из своего узла что-то другое. И хотя по-хорошему следовало сначала помыться, я с большим удовольствием натянула на себя чистую одежду.
Некоторое время потратила на то, чтобы расчесать волосы, я давно не плела кос, но руки сами привычно перебирали прядь за прядью.