– Наги дорогие. Травница каких-то тряпок с травой намотала. Сказала лежать. Никуда не выводить.
Тряпки и трава действительно были. Вот только, толку от них не было. А у меня не было в наличии нужного опыта и выдержки. Ребенок нервничал и плакал, когда я пыталась снять лоскуты ткани, имитирующие бинты. Отец злобно сверкал глазами. Но, предпринимать каких-то решительных действий не спешил.
- Сначала, я сниму повязки и постараюсь осторожно убрать грязь. – Начала комментировать свои действия, надеясь, что это хоть как-то успокоит родителя.
Как только малышка уснула, дела пошли веселее. Я по–прежнему старалась работать максимально осторожно. Но, уже не боялась причинить ребенку боль. Один мой знакомый хирург говорил, что по-настоящему хорошо работает тот врач, который относится к своему пациенту, как к куску мяса.
- Я закрыл все. Ставни, двери. Не понимаю, как она туда вошла. – Мужчина шумно выдохнул и опустился на пол.
- Ее нужно будет регулярно приводить на перевязки. – Успокаивать отца не входило в мои планы.
Я вообще не любила вникать в чужие проблемы. Зачастую, чужие эмоции и переживания причиняли мне больше боли, чем реальные жизненные трудности. Поэтому, моментов откровения я всегда старалась избегать.
- Бинты самому не трогать. Ничего не пытаться делать. – Мужчина замолчал и внимательно посмотрел на аппликатор, с помощью которого я обрабатывала ожоги.
К счастью, несколько дней назад, Рина умудрилась обжечься о кухонную печь. Пришлось экстренно изобретать средство от ожогов. Накануне ночью я его немного усилила. И сейчас надеялась, что процесс восстановления тканей пойдет веселее.
- Я дам настойку. Чтобы снять боль. Пять капель.
- Понял. Она не помрет? – Он с надеждой посмотрел на спящего ребенка. – Старуха травница сказала…
- Не помрет. Будешь делать все, как сказала, не помрет. Читать умеешь?
К моему удивлению, минимальным образованием в Рамони могли похвастаться не многие. Не многие люди. Кузнец не стал исключением.