Не поверите, Катя вернулась в Москву в полном восторге и всем твердит:
– Люди, я теперь по-иному смотрю на жизнь! Поняла, что счастлива.
Но я-то не из тех, кто не может справиться с перепадами настроения, у меня проблема с сосудами. Навряд ли после тяжелого гриппа полезно отдохнуть в «шоковом» санатории. Ну ничего, завтра я разберусь во всем.
Я легла на жесткий матрац, Роджер, сопя, устроился у моей груди. Я обняла мини-пига и прижала его к себе. Когда попадаешь в неприятности, приятно осознавать, что рядом находится друг, даже если этот друг всего лишь поросенок.
* * *– Подъем! – заорал мужской голос.
Я села на кровати, пытаясь сообразить, где нахожусь. Дверь распахнулась, появился толстый дядька в широченных брюках и рубашке, смахивающей на пододеяльник.
– Ты кто? – спросил он.
– Даша, – ответила я.
– Спальня у тебя гаже некуда, – заявил незнакомец и исчез.
Я вскочила с постели, хотела запереть комнату и увидела: ни замочной скважины, ни щеколды на двери нет, она не захлопывается, а просто закрывается.
В полном недоумении я подошла к окну и открыла его, в помещение хлынул свежий упоительный воздух. Я высунулась наружу, ожидая увидеть панораму города Сан-Валентино или крыши соседних домов, но перед глазами расстилался лес. Санаторий находился в глуши, ни одного жилого здания поблизости не оказалось.
Схватив крошечное мятое полотенце, висевшее на спинке кровати, я отправилась на поиски санузла и нашла чулан размером с мыльницу с крохотной раковиной.
Глава 5
Когда я вошла в столовую, там сидело несколько человек. Тот, кто находился во главе стола, поднял голову.
– Дарья Васильева?
– Да, – сухо ответила я. – А вы, если не ошибаюсь, Борис?
– Меня зовут Борис Валентинович Эпохов, – представился хозяин.
– А меня Дарья Ивановна, – в тон ему ответила я, – надеюсь после завтрака поговорить с вами о своем номере.
– Не нравится? – почему-то обрадовался Борис.