Я набрала полную грудь воздуха, хотела сказать: «Чем быстрее мы найдем преступника, тем скорее окажемся на том свете», но не успела, в коридоре появился хозяин. Он увидел дыру в стене и отреагировал совсем не как маститый ученый.
– Офигеть! Вы-таки правы! Ксения знала о неизвестном мне лазе в подземелье!
Эпохов умолк, достал рацию и сказал:
– Гарри! Неси в коридор фонари, проверь, чтобы у них были заряженные аккумуляторы.
– Еще железные штыри или что-то их заменяющее, мотки веревок и молоток, – потребовал Якунин.
– Зачем? – изумился Борис Валентинович.
– Скоро поймете, – загадочно улыбнулся врач.
Я решила дать профессору объяснение:
– Если будем бросать, как Мальчик-с-пальчик, горошины на пол, чтобы потом найти обратный путь, рискуем заблудиться, это только в сказке горох мгновенно всходит и превращается в высокие ростки. Нам необходимо отметить дорогу. Можно, конечно, на стенах маркером стрелки рисовать, но вдруг фонари погаснут? Веревка надежнее, протянул ее от штыря к штырю, нащупал – и шагай себе.
– Эту информацию ты тоже почерпнула из приключенческого фильма? – усмехнулся профессор. – Я энциклопедически образованный человек, но о возможности использовать шпагат в лабиринте не знал.
– В детстве я увлекалась Жюлем Верном, а у него герои часто попадали в безвыходное положение, из которого всегда отыскивали выход, – отрапортовала я. – Читайте книги, источник знания.
– Ума не приложу, к чему столько веревок, – закряхтел старичок, входя в коридор. – Ооо! Стена развалилась? Нет! Там спуск! Борис Валентинович! Куда он ведет?
Владимир поднял руку.
– В свободное время, коего у меня крайне мало, я занимаюсь спелеологией. Кто-нибудь из вас лазал по подземным пещерам?
Я покачала головой.
– Тогда слушайте внимательно, – продолжил врач, – если потеряетесь, шансов выйти наружу практически не будет. Идем гуськом. Я первый, замыкающий Эпохов. Дарья и Гарри в середине. Никто никуда не сворачивает, не обгоняет локомотив, не отстает. Дарья идет за мной, если моя спина пропадает из виду, она громко кричит.
– Роль замыкающего опасна, – сказал Эпохов. – Почему в середине Васильева и Клюев? Я наиболее ценный человек, середина моя.
– Слабых ставят в выгодные условия, – возразил эксперт, – тогда у них больше шансов спастись при нештатной ситуации.
– Неверно, – отчеканил профессор, – заботиться надо о самых умных, других не жалко. Закон естественного отбора. Порядок будет другой.