Только Самарин получил легкое ранение руки, да двое из числа пленников.
— Гром, пора использовать дипломата! — криком отозвался Кэп. — Тащи сюда этого урода!
— Принял! — согласился я.
Спрыгнув со стены, я бросился к сараям. По пути забежал в штаб. Герц все еще колдовал с паяльником. То, что было разложено на столе, представляло из себя путаницу проводов, микросхем, каркаса от американской радиостанции.
— Герц, ну что?
— Еще минут двадцать нужно! И мне нужен текст, чтобы отстучать!
— Хорошо, передам Кэпу. Сейчас возьмем перемирие… Если получиться!
— Про антенну помнишь?
— А то!
Я бегом спустился по лестнице, покинул штаб.
Судя по всему, кого-то зацепило.
Выломав дверь сарая, где сидел душман, я ворвался внутрь.
Связанный дипломат с завязанным ртом лежал на грязном полу.
— Ну что, настало твое время! — громко произнес я. — Вставай!
Сорвав с его лица тряпку, я даже пожалел об этом.
— Не убивай, прошу! Не убивай! — видимо тот так перепугался, что даже перестал думать рационально. Если до этого не убили, то зачем это делать сейчас?
— Почему это?
— Я могу помочь, — невнятно затараторил он. — Я помогу. Я им скажу, чтобы не стреляли в вас.
— Вот мы сейчас и посмотрим, что ты нам предложишь! — решительно заявил я, толкая его в спину стволом автомата.
Глава 14
Затишье перед бурей
Развязав «дипломату» ноги, я поинтересовался:
— Имя-то у тебя есть?
После моих слов он заметно помрачнел — интересно, какие у него отношения с Теймуразом Костоломом? И, если честно, я очень удивился, что его родственник покинул лагерь с такой слабенькой охраной. Особенно на фоне того, что происходило на территории всего района.
Очень опрометчивый ход. Зачем вообще нужно было выдвигаться по темноте? Почему нельзя было уехать утром? В чем необходимость?
Быть может, у них там были какие-то свои разногласия?
В любом случае, пока было временное затишье, обстрелы почему-то прекратились. Я решил выяснить, что он за фрукт такой.
— Хасан.