Йеппе откашлялся. Она замахала руками, давая понять, что не договорила.
– Возможно, это глупости, но когда-то мы за глаза звали Петера Деманта холериком, потому что внешность у него именно такая и характер сложный.
Йеппе смотрел на нее, но не отвечал.
Она с улыбкой покачала головой.
– Ладно, наверно, неопровержимым доказательством это все не назовешь, но вдруг вам эта информация для чего-то пригодится?
Моника Кирксков улыбалась, а Йеппе в тот момент было неясно, для чего ему все это может пригодиться. Он протянул ей руку.
– В любом случае огромное спасибо вам за то, что пришли.
Она медленно встала, взяла плащ и оделась, не переставая загадочно улыбаться. Лишь застегнув плащ, она взяла его руку – рукопожатие слегка затянулось, – после чего они пошли к лифту.
– Спасибо, что пришли, было… интересно.
Они долго стояли, глядя друг другу в глаза, затем двери лифта открылись, и она вошла в кабину. Последнее, что он увидел, перед тем как двери закрылись, – ее улыбка."
"В кабинете Сары – никого, ее вещей не было.
Ну ладно! Йеппе закинул на спину рюкзак, поднял капюшон и вышел под дождь, к велосипеду.
Домой, к маме.
Среда, 11 октября
Глава 11
Ранним утром в комнате раздался визг ржавых тормозов мусоровоза, и время от времени засыпавший Йеппе проснулся.
От Сары ничего не было, и пока Йеппе просыпался, он раздумывал, в какой ситуации они оказались. Он снова влюбился, как подросток, постоянно мучился от неуверенности. Чего она от него хочет? Чего, строго говоря, он сам от нее хочет? Стать семьей или поразвлечься, пока есть возможность? Связать себя – или пусть любовь вспыхивает и сама же гаснет?
Йеппе посмотрел на женский портрет, который мама повесила над гостевой кроватью.
Стоя под душем, Йеппе пытался привести мысли в порядок.