Две, или даже три… Но на это уйдет много времени, как я полагаю…
— Не могу согласиться, — подал голос Питерский. — Знаете, оно, конечно, может и долго думается, но быстро делается! Те жандармы, что к нам приходили, не просто так по дому шастали. Они руками водили и какие-то странные слова шептали. Я близко подходить не решился. Мало ли — вдруг у меня, от их ритуала проклятого, хвост начал бы отрастать прям на людях?
— Все возможно, — со всей серьезностью кивнул я.
— И знаете: в той комнате внизу, где ящик стоял, эти самые гости оживились, словно почуяли чего… А потом еще и у комнаты Людмилы Федоровны топтались долго.
— Что? — насторожился я и отругал себя за то, что не расспросил об этих подробностях раньше."
"— Он так и сказал: «Неживым духом пахнет». А Лаврентий Лавович посоветовал ему залатать дырку в ботинке. Мол, тогда и пахнуть всяким не будет… Парень тот попытался возразить, но тут к нам поднялась Арина Родионовна и быстро их спровадила подальше.
— Было дело, — согласилась девушка. — В тот раз спровадила, но следует держать ухо востро — мне тоже показалось, что эти ребята не такие уж и бесполезные.
— Обо всех подробностях относительно таких групп можно будет разузнать у Морозова. Думаю, он будет в курсе событий. Да и Шуйский, скорее всего, будет знать.
— Хорошо, что вы с ним общаетесь… К слову, — девушка расправила на плечах палантин, — он на самом деле возьмет с собой господина Зимина в Яблоневый Сад?
— Вот и посмотрим, — хмыкнул я.
— Мне кажется, что Стас Александрович может быть очаровательным, если захочет, — предположила девушка.
— Ума не приложу, зачем бы ему этого хотеть… — буркнул Фома с переднего сиденья.
— Рано или поздно, но ему придется вливаться в высокое общество, — пояснил я. — Однажды он станет наследником приличного состояния и титула, и с ним придется считаться. Будет славно, если к этому сроку он сможет обрести расположение аристократии. Со своей стороны я буду поддерживать его.
— Моя семья тоже будет отзываться о нем хорошо, — добавила девушка. — Родители были впечатлены тем, с каким достоинством Стас Александрович бился в… — она замерла, видимо, ощутив воздействие клятвы о неразглашении. И откашлялась. — Он показался им хорошим человеком.