– Может, пока освежишься, отдохнешь? А я быстро приготовлю что-нибудь перекусить. Вот здесь у нас душ, – открыла она деревянную дверь прямо перед моим носом.
– Хорошо, приму душ и застелю наши кровати.
А то прилечь отдохнуть негде. Влад, думаю, спит не на голом матрасе. В любом случае, постель ему стелить не собиралась.
Простирнув нижнее белье, повесила в комнате на батарею: не хочу им тут сверкать. Все покупки лежали в комнате свекрови. Вот ее постель и застелю первой.
Женской руки в доме явно не хватает. Усилий Любови Павловны недостаточно.
Разложив комплект белья на кровати, спустилась за парогенератором. Лучше, конечно, все простирать, но тогда придется спать на голом матрасе. За оставшиеся часы белье не успеет высохнуть. Ничего, парогенератор убьёт все микробы.
Спина затекла, пока я корячилась над кроватью, пропаривая белье. Поднявшись, даже застонала.
Зачем идет? Желает высказаться? Добро пожаловать! Все равно мне не сбежать!
– Что ты наговорила матери? – прозвучало властно от двери.
Не ошиблась.
– Спроси у нее, – спокойно произнесла, не оборачиваясь.
С Тимуром эта тактика работала – злила еще больше, так зачем ее менять? Нашел, кого пугать. Взяв в руку наволочку, распаковала подушку. Все это время в сторону Влада ни разу не посмотрела.
– Я у тебя спрашиваю.
– Ты не спрашиваешь, ты меня пытаешься запугать. Не трать зря время, не получится. Я много лет жила с деспотом, а теперь я замужем за твоим братом, который не умеет общаться, только приказывает. Ты – это уже перебор в моей жизни. Или нормально разговаривай, или не будем расстраивать твою маму, просто помолчим, – посмотрев на него, ехидно улыбнулась, скорчив рожицу.
– А избалованная девочка привыкла сама отдавать приказы? – вошел он в комнату, подошел совсем близко.
– Ты сейчас обо мне или о ком-то другом? Ты меня не знаешь и не имеешь права говорить в таком тоне, – не менее зло проговорила я.
Устала от обвинений и нападок. Сейчас как никогда захотелось высказаться.
– Неужели, ты ни разу не ошибался в жизни? Я не оправдываю себя, нет.