Готовила она с удовольствием, искренне надеясь, что божественная защита сработает, и ее саму не скрутит после двух ложек пробы.
— На ночь есть вредно, — нравоучительно заметил жених, привлеченный шумом с кухни.
Шарик с ним не появился, что Нине было только на руку. Быть ответственной за мучения животного ей не хотелось.
— Объедать несчастных попаданок тоже вредно, — ответила Нина.
Борщ, блины, оливье — она все приготовила по земным рецептам, только некоторые продукты переложила, надеясь на нужный эффект.
— От вас, я смотрю, тоже может быть толк, — заметил со своей фирменной усмешкой жених, усаживаясь за стол.
— Не одному же вам свои умения демонстрировать, — проворчала Нина. И уже громче добавила. — Ухаживать за вами я не буду. Хотите есть — накладывайте сами.
Этот бессмертный зараза только плечами пожал и за несколько минут умял большую часть приготовленного. Нина с любопытством следила за быстро мелькавшей ложкой. На секунду где-то глубоко в душе шевельнулся червячок жалости. Но Нина мысленно показала ему кукиш.
Жених между тем отложил в сторону ложку и склонил голову в шутовском поклоне:
— Спасибо, хозяюшка, за хлеб и за соль.
А затем другим, нормальным голосом, уточнил:
— Ну и что вы туда положили?
Нина вспыхнула. Вот же… Зараза!
— Земные продукты, из моего бывшего мира то есть, в большом количестве, — ответила она. — Ничего запрещенного.
— И? — не понял жених. — Вы готовили зачем? Явно не для себя, иначе со мной ели бы. Значит, захотели отомстить.
— Земные продукты, — повторила Нина. — Ваш желудок к ним не привычен.
Жених несколько секунд обдумывал ответ, затем расхохотался:
— Вы бы хоть спросили для начала. Во-первых, продукты местные. Никто вам из вашего бывшего мира ничего доставлять не будет. Магия заменила их теми, которые похожи по своим вкусовым ощущениям. А во-вторых, и от продуктов другого мира у меня есть защита. Армейская. Ставится на любого воина и длится всю жизнь. Так что ничего мне от вашей еды не будет.
Поднялся и, довольно насвистывая, вышел из кухни. Сволочь!
Глава 36
Невеста одновременно забавляла и раздражала Эрика. Она пыталась проявлять самостоятельность, работать, мстить — но все делала крайне неумело, как маленький ребенок, влезший в дела взрослых. Эрик понятия не имел, чем именно она занималась в своем мире и насколько преуспела в занятиях, но здесь она виделась ему беспомощней котенка.