От мысли о том, что я могла полностью его потерять, мне хотелось залиться слезами и выплеснуть все то дерьмо, что накопилось внутри (предпочтительно на его голову). Мной овладели злость и грусть.
Сколько дней прошло с нашего знакомства? Не много.
— Как же, бл***, нелепо.
— Что ты сказала? — спросил Рис, бросая нервный взгляд в сторону парочки хипстеров, рассматривающих книги из отдела о домашнем ремонте.
Вот дерьмо.
— Ничего. Ничего. Прости.
Рис подошел к прилавку. Я продолжала равнодушно вбивать на клавиатуре информацию, притворяясь, что разбираюсь с накладной.
— Ты действительно расстроена из-за того парня, так ведь? — спросил он, что прозвучало как нечто не поддающееся логике.
— Я, правда, не хочу об этом говорить, Рис.
— Слушай, — он вздохнул, опершись руками о прилавок. — А как насчет того, чтобы я вытащил тебя сегодня вечером выпить? В Китайском квартале открылся новый бар. Можем оценить его.
— Очень здорово с твоей стороны предложить такое. Но как насчет другого вечера?
— У тебя есть планы?
— Типа того.
Потому что сидеть в одиночестве, погрузившись в раздумья, и при этом быть одетой в одну из футболок Мала — считалось планом.
Рис потер рукой подбородок и нахмурился."
"— Энн, если рассуждать трезво, то ты должна была знать, что так и будет. Он же Малкольм Эриксон. Парень — ходячая легенда.
— Да, я знаю.
Я ссутулилась. В стандартной системе измерений высота моего роста сейчас была около двух футов[17]. Я не могла почувствовать себя еще меньше.
— Такие парни не славятся стабильными отношениями.
— Я, э... я это понимаю.
— Эй, ты замечательная. Это его потеря.
— Спасибо.
Тьфу ты. Эта жалость в глазах Риса... убейте меня сейчас же. Бутылка текилы только что добавилась к планам на сегодняшний вечер. Да здравствует веселье. Вот, почему я никогда особо не заморачивалась по поводу свиданий, именно из-за того, что творилось в данный момент. Мысль о членах ушла, и опять вернулся эгоизм. Не то чтобы он вообще когда-либо уходил.
Мне нужно вернуть жизнь в прежнее русло.