На мраморном столе стояло огромное количество коробок с пиццей.
— Ну, конечно, — фыркнула она. — Он манипулятор. Он знает тебя, как себя, и пользуется этим.
— Нет, он не использует меня. Повторяю, мы просто друзья.
Я совсем недавно перестала позориться перед Малкольмом Эриксоном. Размышления на тему моего глупого поведения с Рисом Льюисом могут повременить до следующего раза.
Или вообще никогда не затрагиваться. Что было бы очень здорово.
— Ты могла бы все решить, если бы проявила большей обеспокоенности в этом вопросе, — сказала она.
Я издала неопределенный звук. Надеюсь, этого было достаточно, чтобы закончить разговор. Затем мой живот громко заурчал. Плавленый сыр, ням-ням. Сегодня я так волновалась насчет разговора со Скай, что пропустила обед. В моем желудке было только две бутылки пива, так что мне давно пора поесть. Но начинки в пицце оказались не тем, что я ожидала.
— Это артишок и шпинат?
— Скорее всего, да.
Лорен покачала головой и взяла для меня горячий кусочек с ветчиной с ананасом, который положила быстро на салфетку.
— Вот, попробуй это. Эвелин не испортила его своей овощной ерундой. Я люблю ее, правда, люблю. Но из всех когда-либо встречавшихся мне людей, у этой девочки самые странные предпочтения в начинках для пиццы. Это противоестественно.
Я сразу же начала есть, обжигая язык и нёбо. Однажды я научусь ждать, пока еда остынет. Только не сегодня, но когда-нибудь.
Вдруг музыка, звучащая в гостиной, стала громче на миллион децибел.
Лорен улыбнулась и наклонилась ближе, чтобы я смогла ее услышать.
— Мал решил присоединиться! — закричала она. — Сейчас начнется самое интересное.
***
Появился Бен Николсон, коренастый басист «Стейдж Дайв», чем еще больше взорвал мой мозг. Он и Мал начали напиваться. Я держала почти полную бутылку пива. Она помогала хотя бы чем-нибудь занять руки.