Сводные

Усмехнувшись, он спросил:

– Неужели, вы, всё ещё, встречаетесь с Кузнецовым?

Меня это зацепило, и я, вздёрнув подбородок, с вызовом ответила:

– А почему тебя это удивляет? Или ты считаешь, что «рыжая страшила», как ты называл меня в детстве, не достойна внимания?

Наши взгляды встретились.

– Почему же?.. Ты достойна большего! Видимо, Кузнецов, разглядел в тебе что-то, нежели я! Может, ты и замуж за него собираешься?

– Может и собираюсь!

Макаров хотел ещё что-то сказать, но, видимо, передумал.

До особняка, мы ехали молча.

Родителей дома не оказалось. Отец с Кирой, были приглашены в гости к давнему другу папы, который недавно приобрёл коттедж в нашем посёлке. Лена встретила нас в гостиной и, сообщив эту новость, ушла.

Мы поднялись на свой этаж, и разошлись по комнатам, так и не сказав друг другу ни единого слова."

"Вечер был такой тёплый, что мне захотелось посидеть на садовых качелях. Я вышла в сад. Устроившись на мягком сиденье, под тентом, медленно начала раскачиваться. Видимо, я уснула. А проснулась, в объятьях Макарова, которого обнимала за шею.

Голова моя лежала у него на груди. Испугавшись, я дёрнулась, желая выскользнуть из объятий мужчины, но Арс, держал крепко.

– Отпусти немедленно! – зашипела я.

Он молчал, разглядывая моё лицо, а потом наклонился и впился в мои губы страстным поцелуем. «Мамочки! Что происходит? Я сплю?» Арсений, ворвался своим языком, в мой целомудренный ротик, по-хозяйски, исследуя его. Пытаясь оттолкнуть мужчину, я только усиливала его натиск. Руки, прижимавшие меня к его телу, стали медленно подниматься вверх, и остановились на моей груди.

Большая ладонь, накрыла её, и меня пробило током. Никто, никогда не прикасался ко мне так, как сейчас, делает это Макаров.

Собрав все силы, я сумела вырваться из его объятий, и со всего размаха, влепила ему пощёчину.

– Не смей, прикасаться ко мне!

– А Кузнецову, ты, позволяешь прикасаться к себе? – потирая щёку, злился братец.

– Не твоё дело!

Я повернулась, чтобы уйти в дом, но Арс схватил меня за руку и дёрнул на себя.

Я снова, оказалась на коленях мужчины, ощущая его возбуждённый орган под собой. Паника накрыла меня с головой. Мои губы опять попали в плен жадных губ Макарова. Он терзал их, ласкал языком, снова впивался, до боли, до исступления! Неведомые ощущения, накатывали волна за волной, и я захлёбывалась в этих ощущениях.

Послышались голоса родителей, и Арсений ослабил хватку. Я выскочила из его объятий и убежала в свою комнату, закрывшись на ключ.