Слов нет! Королева из трущоб! Всё для неё!
Неужели Покровский надеется выстроить хорошие отношения благодаря деньгам? Убеждает себя, что она примет его с распростертыми объятиями и наречёт отцом?
Или он пытается компенсировать с Юлькой то, что потерял со мной? Так зачем ему она – ежик колючий? У него скоро свой собственный отпрыск родится. Пусть на нем практикуется, мне не завидно нисколечко.
Любовь?..
Уважение?..
Наши отношения сейчас строятся чисто на деньгах… так считает отец, и он глубоко заблуждается.
Только он об этом не узнает. Пусть страдает! Ищет себе других любимчиков.
Вхожу к себе в комнату, скидываю у порога одежду, иду в ванную. Встаю напротив зеркала. Слов нет, одни маты.
– Красив, нечего сказать!"
"Вся правая сторона лица расцарапана. На обеих руках царапины такие, будто об меня кот всю ночь ногти точил. Острая боль в колене не дает нормально ступить на стопу. Ощущение – будто к колену приложили раскалённую кочергу.
– Трындец! Игра через неделю.
Вхожу в душ, выкручиваю вентили с водой. Горячая живительная влага бежит по телу, напитывая его жизнью.
Протягиваю руку, беру шампунь, выдавливаю себе на голову.
– Что за? Ненавистный запах кокоса!
Наташа завтра получит взбучку за то, что перепутала флаконы.
Все мои попытки не намочить бинт заканчиваются тем, что бинт промокает насквозь.
– Да ну! На фиг! – намылившись мылом, пахнущим персиком, долго смываю с себя женский аромат, матерю горничную.
Не включая свет, откидываю одеяло, и падаю на постель. Аромат ромашки, кокоса и персика усиливается в разы, невыносимо приторно проникая мне в ноздри.
– Какого?.. – протягиваю руку и пальцами нащупываю руку… она хрупкая, с нежной кожей и длинными коготками.
Обследую незнакомый предмет тщательно – объект точно живой, потому что шевелится, реагирует на мои прикосновения.
Моя рука обнаруживает человеческое бедро, явно женское, талию, плечо и…
Хорошо хоть, всё это добро обтянуто мягкой пижамой.
Тяжело перевожу дыхание. Не ожидал подставы в собственном доме в своей постели.
Моя рука лежит на девчонке, и всё внутри меня замирает.
Юля подчиняет меня через это прикосновение.
К моему ужасу, она распахивает глаза. Постепенно они наполняются ужасом… Я так думаю. Я же ее не вижу в темноте.