Фургон использовался бандой при налете на выставочный центр, а в банде были твои друзья и коллеги. Поэтому факт соучастия в преступлении господина Вольнова практического значения не имеет. Он уже вне земного суда, Сизов. Как и многие из вашей шайки, кстати. Среди вас просто мор какой-то идет. Может, это ""Глаз Будды""? Говорят, бриллианты приносят несчастье?
– Похоже на то, – согласился Сизов и вдруг попросил: – Может, снял бы наручники, полковник? Или боишься, что совершу побег? Не бойся. Я, может, и побежал бы, да нога болит, да и некуда мне, честно говоря, бежать.
Гуров хмыкнул, но достал ключ и отстегнул наручники.
– Я бы еще покурил, – мечтательно проговорил Сизов, потирая запястья. – Не найдется сигареты?
Гуров порылся в столе у Крячко, нашел ополовиненную пачку сигарет ""Тройка"", бросил на стол перед арестованным, щелкнул зажигалкой.
– Тоже своего рода свобода, – иронически заметил Сизов, откидываясь на спинку стула. – Когда теряешь все, начинаешь ценить мелочи. Кстати, о мелочах, полковник… Я – человек реальный. Иллюзий строить не люблю, но и с пустыми руками ходить тоже не хочется. Собственно, какая мне выгода трепать языком? Что я с этого буду иметь?
– Ну, многого я тебе предложить не могу, – пожал плечами Гуров.
– Все там будем, полковник, – заметил Сизов.
– То есть тебя не шокирует, когда избавляются от своих? – удивился Гуров.
Сизов поднял на него насторожившийся взгляд.
– Не понял, полковник, – сказал он. – Кто избавляется от своих? О чем речь?
– Ну как же, – продолжил Гуров. – На переговорах с Такером присутствовали трое ваших. Николай Дарькин, Вадим Тропинин и еще одно неустановленное пока лицо. Николай Дарькин был убит нашим сотрудником в порядке самообороны. А вот Тропинин был расстрелян своим же, извини за выражение, товарищем.